Свинцовая строчка

Мы знаем только то, что делается на фронте в пределах 10–15 километров, но войну немцы, кажется, уже не выиграют, большие шансы имеют американцы и англичане.

Тася, а я завидую Ольдекону. Скажи ему, что он в сорочке родился. Не желаю им попасть сюда, а когда-то Леле желал, не помню, почему. Пусть извинит! Ведь они туризм не любили. А я стремился сюда и не жалею об этом.

Леле скажите, что мы с ним прокатимся еще на пароходе и попьем пива в хорошем тихом ресторане или на палубе, но только обязательно в тишине.

Денег достанем, пусть не беспокоится. После войны займемся сельским хозяйством или чем-либо подобным.

А то, что Лелька мне писал, так это свист, но я на него не обижаюсь – ему, вероятно, не до писем.

25.07.42

Двадцать дней непрерывных боев. Дорого нам обходится Старая Русса. Бой завязался такой, что на каждую дивизию приходилось два-три километра фронта. Войск было столько, что не найти кустика, под которым бы не жил солдат.

Приказ был: перерезать дорогу и замкнуть снова кольцо вокруг 16-й армии немцев.

Целая армия (11-я) наступала на эту маленькую шоссейку с севера, и еще армия (1-я ударная) наступала с юга. А для немцев это был вопрос жизни и смерти. Они засыпали нас, кроме снарядов, листовками, в которых писали, чтобы мы помнили Холм и не думали об этом шоссе.

Двадцать дней, не прекращая, била артиллерия. Несколько раз наши части выходили на это шоссе, но с 11-й армией так ни разу и не соединились. Все снабжение немцев шло, как и под Холмом, по воздуху: с утра до темноты и в туман, и в дождь гудели «Юнкерсы», доставляя все, начиная от снарядов и мин и кончая лошадьми и живыми свиньями.

Я двадцать дней провел на наблюдательных пунктах полка, часами просиживал на вершинах огромных густых сосен, откуда прекрасно просматривалась вся панорама боя. Можно было даже видеть артиллерийскую подготовку 11-й армии, наступавшей с севера; интересно смотреть, как буквально мимо носа, на уровне этих сосен, вдоль речки плыли груженые тяжелые «Юнкерсы». Они летели к своим, низко-низко над самой рекой, чтобы не быть подстреленными, ибо наши артиллеристы били по ним изо всех стволов.

Немцы засыпали нас минами так, что земля в лесу была сплошь покрыта зелеными ветками, сбитыми осколками. На некоторых наблюдательных пунктах невозможно было выйти из укрытия по нужде. Цвет лиц у людей стал землистый от напряжения. И вот в этой обстановке приходилось ремонтировать радиостанции. Было не до того, чтобы носить их куда-то.