Мы люди… Мост

Упоминание этой деревни вызвало у коменданта раздражение, напомнив ему о неудачной акции, которую он там проводил зимой.

Прервав доклад начальника жандармерии, он сухим голосом произнес:

– Посевную кампанию в районе надо развернуть более активно. Все поля должны быть засеяны: нашей армии нужны продукты питания, хлеб, мясо, ни клочка земли не должно пустовать.

Галенгюндер, повернув голову к Отто, уже более спокойно отдал команду подготовить акцию по наведению жесткого порядка в Калиновке, и, приподняв руку, с раздражением повторил:

– Там должен быть наведен жесткий порядок.

В гарнизонах стали спешно готовить команды к выезду в деревни. Им ставилась задача принять меры по организации посевной, в первую очередь засевать те земли, которые принадлежали колхозам, и принимать самые жесткие меры там, где будет замечен саботаж и ненадлежащее исполнение приказов немецкого командования. В деревни потянулись из гарнизонов телеги с вооруженными людьми, а на дорогах чаще можно было заметить патрули жандармерии на мотоциклах.

К Новоселкам небольшой обоз в шесть телег с полицейскими подъезжал в обеденное время. В прежнем крайнем дворе самой длинной улицы лошадей распрягли, и приезжие стали обустраиваться, а по деревне понеслась весть: приехали полицаи, и не только местные, а и чужие, ведут себя мирно. Ко двору уже бежали радостные дети местных стражей порядка новой немецкой власти, в их дворах заранее знали о прибытии своих хозяев и готовились к этому событию, сохраняя его в тайне – мало ли что, время военное, да и солдаты со Степаном, считай, только вчера уехали, а у них здесь свои люди есть – сразу донесут.

Старшим команды был назначен Панас, заместитель Кузьмы, хотя приехал и Василий, который, скрывая обиду на такую несправедливость, отдавал команды, куда что расставлять, и по своей должности распоряжался охраной и несением службы дежурными. Местным хотелось побыстрее оказаться в своем родном дворе до поесть не казенной пищи, а приготовленной желанной хозяйкой в своей печи.

На удивление, местные полицаи без понуканий стали обустраивать на своих огородах блиндажи-окопы.