Хроники Червонной Руси

Мой покойный муж, да будет ему светлая память, не обделил Ростислава и дал ему во владение Перемышль[27 - Перемышль – город в Западной Руси, на реке Сан, ныне – г. Пшемысль в Польше.], а потом и самый Владимир. И ещё позволил выгодно жениться на Ланке, моей племяннице, дочери угорского короля Белы и моей сестры Рихезы. Коломану и Альме эта Ланка приходится родной тёткой. Но упрямый мальчишка Ростислав не оценил доброты моего дорогого супруга. Бросил он на Волыни жену и троих маленьких сыновей, убежал самовольно из Владимира и уселся на стол в Тмутаракани[28 - Тмутаракань (Таматарха) – ныне Тамань, в X—XII вв.

 – в составе Древней Руси, столица Тмутараканского княжества.]. Уговорили его на худое дело два новгородских боярина, Вышата и Порей. Ещё я слышала, что Ростислав увлёкся одной непотребной девицей-гречанкой. Да только не просидел он долго в Тмутаракани! Его отравил один грек. На пиру незаметно подсыпал в вино яд.

При слове «отравил» лицо молодой Кунигунды брезгливо поморщилось, она чуть слышно пробормотала:

– Какая мерзость!

– И что? Гнусный отравитель остался без наказания?! – спросила возмущённая графиня Адела.

– В Херсонесе[29 - Херсонес – древний город в Крыму, близ совр. Севастополя.] жители забили этого грека камнями. Да что о нём говорить?! Слепое орудие императора ромеев[30 - Ромеи – византийцы.]! – Гертруда брезгливо махнула рукой и продолжила: – Так вот! Узнав о гибели мужа, Ланка просила князя Изяслава отпустить её с детьми в Угрию. Хорошо, мой покойный супруг оказался не столь глуп.

Ланку он отпустил, а сынов её удержал на Волыни. Опасался, что начнут они, как подрастут, сговаривать угров помочь им добыть волости на Руси.

– Грустная история, – качнула головой Кунигунда-Ирина. – Думаю, их матери было тяжело расставаться со своими детьми.

Гертруда внезапно злобно ухмыльнулась.

– Как бы не так! Неплохо их мать устроилась. Вышла замуж за короля Хорватии Димитрия! Живёт, как у Христа за пазухой. А эти… они сами по себе. Сидят без уделов, попрошайничают, отираются тут у нас на Волыни.

– Им, наверное, надо было дать города в держание, – сказала, морща гладкое чело, Кунигунда. – Чтобы они не воевали против нас.

– Глупость говоришь! – резко одёрнула её свекровь. – Гнать их надо взашей с Волыни! Всё князь Всеволод со своим сыном, они их привечают!

– Тот, который с тобой говорил – Володарь. Это старший?

– Нет, средний, – нехотя ответила Гертруда. – Самый из них старший – Рюрик.