Второстепенный

Частичная потеря равновесия ничуть не умалила достоинства, с которым он это сделал.

– К Альтизару лыжи навострили? – коварно осведомился травник. – Так он не поможет.

– Много ты знаешь… ведун, – последнее слово прозвучало из уст Серетуна как оскорбление.

Натахтал прекрасно понимал, что за этот день уже заработал тонну комплексов, и сейчас ситуация нехорошо обострялась.

– Побольше, чем ты думаешь, – Дрободан улыбнулся, вызвав у волшебника приступ гнева, который он еле сдержал.

– Вот мы пойдем сейчас дальше, – Серетун почувствовал почву под ногами, найдя потрясающий аргумент, – точнее, я поковыляю, а Натахтал медленно покрадется.

– Ничего, – резонно ответил Дрободан. – Я бы ничего никому не сделал. Не в моих правилах.

– То есть, я столько лет не ходил в Пейтеромск, только потому, что ты меня просил? – изумился воитель.

– Я думал, мы друзья, – осклабился травник, чтобы не выдать обиду. – Думал, одной просьбы достаточно.

– Видишь, как некрасиво получается, – Серетун просиял, добившись еще большего расположения от Натахтала.

– Делайте, что хотите, – обреченно молвил Дрободан и протянул воителю клевер. – Возьми-ка на счастье, милок.

Не дожидаясь завершения неудобного разговора, сгорбленный травник засеменил в сторону поля битвы, скоропостижно покинутого самим предводителем повстанцев. Серетун выдержал паузу, чтобы следующие слова не донеслись до обвислых ушей Дрободана:

– Я бы не стал брать подозрительные предметы на твоем месте, Сеня.

– Мы и так его обидели, – ответил добросердечный Натахтал и приложил клевер к носу, вдыхая аромат, будто было, что вдыхать. – Он же хотел, как лучше.

– Ох, смотри, – покачал головой Серетун. – Пошли скорее, а то я истеку кровью!

– Батюшки! – только и сказал воитель, беря великого чародея под руку. Клевер, тем временем, оказался в руках волшебника, пока Натахтал обдумывал способ передвижения с раненным спутником.

6

Время на борту тянулось медленно. Набившие друг другу оскомину лица виделись каждый день, захлебывались в предсказуемости окружающих, принимали усталые выражения и весьма неохотно общались, за редким исключением. В экипажах с контрактами от полугода вообще довольно трудно бывает удержать собственную крышу на месте.