Антонов. Последний пожар

По амнистии Временного правительства России открылись тюрьмы, и на волю хлынул разномастный лихой люд. Почуяв свою безнаказанность, преступники устроили настоящий террор состоятельному городскому населению. Барчуки и мещяне буквально умоляли новую власть Советов защитить их от произвола. С германского фронта в Тамбов массово стали прибывать дезертиры. Солдаты не хотели воевать до победного конца, истосковавшись за долгие годы разлуки по семьям и родной земле. Многие из них возвращались с оружием и припрятывали его на всякий случай.

Теперь в городе и уездах главным органом власти являлись Советы депутатов, подавляющее большинство в которых составляли эсеры. Эти ловкие ребята, многие с уголовным прошлым, стали формировать милицию, суды и власть на местах. Вчерашние грабители и налётчики, убийцы и бандиты, сегодня становились блюстителями порядка и должны были охранять покой и имущество горожан.

Антонов быстро адаптировался к столь сильно поменявшемуся укладу жизни. Благо, друзей и товарищей по партии у него было предостаточно, каждый готов был помочь знаменитому Шурке. Антонов и Софья стали мужем и женой, повенчавшись в городской церкви. Александр снял небольшую уютную квартирку в центре города, и Софья занялась обустройством семейного очага. После стольких лет ожидания эти хлопоты доставляли ей огромную радость. По вечерам, вернувшись с работы, – а работала она машинисткой в городском комитете образования – Софья готовила, убирала и ждала любимого мужа.

Антонов устроился в милицию помощником начальника районного отдела. Помог ему в этом старый друг Владимир Петрович Баженов, который возглавлял в то время исполнительный комитет района. Шепнул кому надо в Тамбове – и Шурка уже при нагане и полномочиях. Ещё на свадьбе Баженов, поздравляя Александра, сказал, чтобы тот долго не расслаблялся, впереди много важных дел.

– Вот и настало наше время, Саша. Новую жизнь будем строить. За это мы с тобой боролись и страдали. Меня ведь тоже помотало. Потоптал я сибирскую землицу, помёрз. Но душа горячая не позволила сгинуть. Теперь втрое энергичнее нужно работать. Враги не дремлют.

– Меня не надо агитировать, Петрович. Я в тюрьме столько всего передумал – на тысячу человек хватит. Пусть дрожат наши враги, рука у меня не дрогнет, – горячо ответил Антонов. – Ты мне дело давай.