Антонов. Последний пожар

Баженов всё это время стоял чуть поодаль, скрытый невысоким редким забором. Сначала ему было любопытно, а потом, после увиденного, захотелось познакомиться с этими отчаянными парнями.

– Браво! Браво! – он вышел из-за укрытия и направился к ребятам. – Ловко вы их. О, а крови-то сколько! Давайте я помогу, перевяжу.

Владимир подошёл к белобрысому парню, который уже спрятал нож и рукой зажимал рану. Второй паренёк собирал разбросанные вещи.

– Молодец! Люблю таких! – сказал Баженов раненому.

– Вы кто? – ломающимся баском спросил парень Владимира.

– Позже об этом. Давай руку, – скомандовал Баженов, и раненый ему подчинился.

Потеря крови давала о себе знать, парень побледнел и опустился в снег. Ремнём от сумки Владимир перетянул пострадавшему руку и, оторвав полоску материи от своей рубахи, умело забинтовал рану. Закончив процедуру, он вытер руки, достал папиросу из золочёного портсигара и с наслаждением закурил.

– Заживёт до свадьбы, – сказал он, выпуская дым в чистое небо, а потом продолжил: – Ну-с, теперь можно и познакомиться.

– Антонов, – в свою очередь представился раненый парень и, немного помедлив, добавил: – Александр.

Новые знакомые пожали друг другу руки. Рукопожатие у Антонова оказалось крепким, хотя вида он был совсем не богатырского.

– Лощинин Пётр Аркадьевич, – весомо представился второй парень, пожимая руку Баженову.

Он был пошире Антонова в плечах, взгляд имел угрюмый и настороженный. Из носа его капала кровь, и он пытался остановить её, прикладывая снег к переносице.

– О, как важно! Вы чьих же будете? – Владимира заинтересовали эти ребята. Выглядели они лет на пятнадцать-шестнадцать. В них чувствовался некий стержень, и именно таких искал Баженов для партии.

Лощинин осторожно потрогал зубы и не спеша ответил:

– Я – сын учителя.

– А мой отец – слесарь, – промолвил Антонов.

– Что же вы тут не поделили? – Баженов уже проникся симпатией к потрёпанным гимназистам и хотел узнать о них как можно больше.

– Гады они, – процедил Антонов. – За папашками своими они – герои, да вшестером на двоих. Барские детки… Ничего… Сегодня они нас, а потом и наш черёд настанет. Я знаю.

Столько уверенности было в его голосе, что Владимир ему тут же поверил и подивился этому.

– Однако… А ты, брат, голова! Сколько же лет тебе?

– Будет шестнадцать.

– Взрослые уже. Здорово! – Баженов не переставал нахваливать ребят, чем окончательно их к себе расположил.