За речку

Кивнув соратникам по событию, я аккуратно присел на свободный стул. Молодой майор осторожно повернул голову и шёпотом спросил:

– Ты видел нового Начпо? Нет? Я тоже не видел, говорят…

Майор не успел закончить фразу. Женщина сурово посмотрела в нашу сторону и негромко сказала:

– Товарищи коммунисты, не забывайте, где вы находитесь.

Мы одновременно кивнули и опустили глаза на ковёр. Дверь кабинета резко отворилась и на пороге появился невысокий подполковник с безликим и гладким лицом:

– Софья Львовна, давайте несколько поменяем планы.

Инструктор политотдела поднялась из-за стола и с благоговением посмотрела на начальника:

– Хорошо, Сергей Владимирович. Пока вы будете беседовать, товарищи заполнят бланки заявлений на снятие с партийного учёта. Что бы время не тратить. Через два дня им надо будет прибыть в отдел для получения документов.

Подполковник согласно кивнул:

– Отлично. Тогда и напутствовать будем, а сегодня обсудим личные просьбы, пожелания и проблемы. Это наша обязанность.

Время потеряло скорость. И хотя Начпо тратил на выяснение проблем каждого партийца не более пяти минут, ожидание затянулось. Я давно успел заполнить необходимые документы и героически боролся с зевотой. Наконец Софья Львовна взглянула сначала на опустевшие стулья, затем на меня и разрешила пройти в кабинет руководства:

– Проходите.

Я пожал плечами, мол, каждому своё и постучав, приоткрыл массивные двери кабинета:

– Разрешите?

Начальник политотдела устало оторвал взгляд от листка бумаги:

– Да, заходите, присаживайтесь. Много ещё народу?

– Нет. Все уже ушли.

Подполковник повеселел:

– Ну вот и хорошо.

Я передал начальству выписку из приказа и присел на стул, стоящий в торце длинного стола:

– У меня, ничего… Вот… предписание.

Сергей Владимирович бегло просмотрел документ и отложив его на край стола, откинулся на спинку кресла. Я старался поймать его взгляд, но взор Начпо упорно сверлил мой правый погон:

– Да… Партия и правительство доверило вам выполнение почётной задачи.