Разбойник Чуркин. Том 3. Возвращение

Осип шёл следом за ними и зорко наблюдал за всеми движениями виночерпия.

Домик, к которому они держали путь, находился на конце глухого переулка, имел три окна на улицу, с раскрашенными ставнями; на дворе его находились два-три покосившиеся сарайчика, покрытых толстым слоем снега. Войдя в комнаты, гости были встречены женою содержателя кабачка, дородной женщиной, лет тридцати.

– Ну, Татьяна Мироновна, обед готов? – спросил у ней муж.

– Садитесь. Степан Лукич, приглашай гостей-то, всё готово.

Чуркин с любопытством оглядел комнатки; они содержались довольно чистенько: в переднем угле небольшой залы стоял киот с иконами, а на стенах висели кое-какие картинки, содержание которых было заимствовано из военного быта и из жизни простолюдинов.

Усевшись за стол, хозяин домика снова начал потчевать гостей водкою, из желания напоить их до забывчивости, чего, однако, ему сделать не удалось: Чуркин был аккуратен, примеру его следовал и Осип.

После обеда хлебосольный хозяин стал укладывать разбойника с его товарищем отдохнуть, но те не согласились, говоря, что им нужно побывать у себя на квартире, куда должны придти некоторые купцы для переговоров по торговым делам.

– Дела не делай, а от дела не бегай, – сказал Чуркин, поднявшись из-за стола и похаживая по комнатке.

– Когда же мы кататься-то поедем? – обратился к нему хозяин.

– Через часок другой возвратимся, тогда хоть на всю ночь махнём, – отвечал Чуркин.

– Ну, ладно, я буду вас ждать.

– Татьяна Мироновна, приготовь-ка фонарик! – крикнул хозяин домика своей жене.

Лошадки показались Чуркину подходящими, и он, во что бы то ни стало, решился завладеть ими; разбойник осмотрел и саночки загородные и облюбовал их.

– Ну что, как вам кажутся мои кони? – спросил виночерпий.

– Ничего, хороши. Дорого ли они вам обошлись?

– Около трёхсот рублей с упряжью стоят.

Осип поглядел коням в зубы, потрепал ту и другую по гривам и сказал:

– Лошадки добрые, как идут только, не знаю.

– Ветер, а не лошади, пять радужных мне предлагали за них, а я и шести не возьму, заключил Степан Лукич, оставляя конюшню.

– Ну, так через часика два мы у вас будем, – пожимая ему руку, сказал Чуркин.

– Буду ждать, к тому времени и лошадок запрягу, – ответил тот и проводил их за ворота.