Разбойник Чуркин. Том 2. В Сибири

– И я также, вместе, значит; возьмём под руки и поведём, не справимся, тогда девок, да баб на помощь позовём, авось, их послушает, – добавил староста.

– Ладно, там увидим.

– Хозяин, водка готова, – сказал Осип, войдя в свою избу.

– Где ты её поставил?

– Там в кабаке пока стоит.

– Сейчас возьмём, подожди маленько, – буркнул кузнец, – ещё разве бутылочку раздавим, как, сват, скажешь? – обратился он к старосте.

– Будет, у него всего не выпьешь, пойдём, а то бабы браниться начнут, – вставая из-за стола, ответил тот.

Через несколько минут старики взвалили на плечи бочонки и пошли, пошатываясь, восвояси.

– Денег у них девать некуда, а в долг просят, – шипел Чуркин, запирая за собой свою лавочку.

– Такой уж народец, – вторил ему Осип, шагая к воротам дома.

Глава 72

Аким Петрович, возвратившись из склада, почувствовал себя больным и слёг в постель: давнишняя боль в сердце возобновилась у него с большею силою. Он в то же время послал за врачом и за своим приказчиком, которые явиться к нему не замедлили.

– Нет, голубчик, чувствую, что мне плохо, едва ли поднимусь с постели, – сказал больной, подзывая к себе своего приказчика.

Тот подошёл к нему, опустив голову, и сказал:

– Что прикажете, хозяин?

– Ты уж прости меня, оскорбил я тебя давеча, такой уж характер горячий имею.

– Напрасно беспокоитесь, Аким Петрович, за дело побранили, я не обижаюсь.

– Долго ты служил мне, худого за тобой ничего я не замечал, парень ты деловой, поведения хорошего, так вот я хочу тебя осчастливить: веди моё дело так, как шло оно при мне; родные хотя и есть у меня, но Бог с ними! А ты – сирота. Возьми себе вот это духовное завещание и владей моим состоянием, не забудь только о помине души моей, – сказал старик, вынул из-под подушки лист бумаги передал его приказчику.

– Не заслужил я, кажись, от вас, Аким Петрович, такой милости, – со слезами на глазах, проговорил тот, упал на колени и начал целовать руки у своего благодетеля.

Аким Петрович от усилившейся боли не мог произнести слова; он тяжело вздохнул, закрыл глаза и впал в бессознательное состояние. Находившийся у кровати врач, вместо того, чтобы приблизиться к больному и подать ему какое-либо пособие, обратился к приказчику и начал поздравлять его с наследством; тот отвернулся от него, вышел из спальни и послал за священником.