Разбойник Чуркин. Том 2. В Сибири

– А на обратном пути из Тагила ты не видал его?

– Нет, не видал; а что?

– Пропал человек, нигде его не найдут.

– Всё может случиться, и замёрз где-нибудь; в то время такие метели были, что Господь упаси, сбился с дороги, попал в сугроб, ну, и занесло его.

Показания старосты урядник занёс в протокол и переменил разговор.

– Где же дочка-то твоя? что я её не вижу? – спросил он.

– Там, в другой избе, с девками сидит, на счёт приданого всё возится, к свадьбе приготовляется.

– Дай Бог час! а ты всё молчишь и на свадьбу меня не зовёшь.

– Милости просим, вот после праздника приезжайте, в первое воскресенье венчать будем.

– Спасибо, постараюсь приехать, а теперь пока прощай, надо к Науму Куприянычу. В ночь сегодня уеду, а, может, и до утра останусь, ещё увидимся.

Староста проводил урядника до ворот и пошёл в избу.

Возвратясь от старосты, урядник рассказал приказчику о свидании с ним и о том, как он приглашал его на свадьбу. Чуркин был тут же; выслушав речь его он сказал:

– Не видать кузнецу Степаниды, как своих ушей.

Стало смеркаться. Со двора дома старосты вышли две женщины, перешли улицу и направились к дому, в котором жил разбойник. Это была хозяйка этого дома и с ней Степанида.

Через несколько минут дверь избы Чуркина отворилась, на пороге показалась хозяйка дома и спросила:

– А где же Ирина Ефимовна?

– Я здесь, – откликнулась та из другой комнаты.

Хозяйка раскланялась с бывшими в избе и пошла к Ирине Ефимовне, переговорила с ней и удалилась.

– Ну, что, зачем она приходила? – спросил Чуркин жену.

– Степанида пришла, надо идти, да орешков с собой захватить, – сказала она.

Начались сборы. Приказчик стал охорашиваться перед ручным зеркальцем; урядник навязывался было отправиться с ними, но Чуркин остановил его, и он остался. Молодой паренёк пожал руку Чуркину и пошёл с его женой на свидание с своей возлюбленной.

Глава 66

Пробираясь по двору к избе хозяйки, приказчик обратился к Ирине Ефимовне с просьбой передать домовладелице, в виде гостинца от него, десятирублевую кредитку; та, конечно, не отказалась, и приказчик сказал при этом:

– Ирина Ефимовна, ты уж поддержи мою репутацию, в долгу у тебя за это не останусь.

– Постараюсь, что могу, все исполню, – отвечала та.

– Смелости у меня такой нет, чтобы самому завести со Степанидой разговор, – ты уж начни.

– Чего уж тут, «смелости нет»? Она же не купчиха какая, а простая деревенская девка.