Разбойник Чуркин. Том 2. В Сибири

– Только там долго не засиживайся.

– Что мне у него делать? Живо ворочусь, только спрошу кое о чем, – протянул урядник, оделся и вышел.

– Эх, Наум Куприяныч, ежели бы только завладеть мне Степанидой, счастливый человек на свете буду! – поднявшись с лавки и, махнув рукой, сказал приказчик. – Помоги только, чем хочешь отблагодарствую.

– Ничего мне не нужно, а помочь, – помогу, только бы она сама не заартачилась, без родительского благословения.

– Ну, что будет, то будет, а уговорить постараюсь.

– Ты, вот, хозяйке домовой красненькую пожертвуй, – старуха она небогатая, а от неё много зависит.

– Четвертной не пожалею; как приду в избу, сейчас и поблагодарю.

– Зря всё-таки этого не делай, – сам не вручай, а вот через мою Ирину дай, это складнее будет.

– Когда? сейчас, что ли?

– Успеешь, до вечера-то время ещё много.

– Спасибо за совет, а то я этих делов не знаю.

– Не знаешь, так мы тебя научим, зла не пожелаем.

– Где твой работник-то?

– На что он тебе?

– Спросить, давал ли он лошадям корму?

– Об этом не беспокойся, он все сделал.

– Хороший он у тебя парень, заслуга, как я вижу.

– Ничего, пока не избаловался, – держу. Нынче с народом беда, – вор вором погоняет.

– Да, верно ты говоришь, народ избаловался.

Вошёл Осип.

– Здорово, приятель, и не кланяешься! – сказал ему приказчик.

– Я вчера с твоей милостью здравствовался, надоешь, пожалуй, поклонами-то – ответил каторжник.

– Как там мои лошадки?

– Что им делается? Стоят, корму много, ну и жуют себе.

– На, братец, тебе, малость на чаек, – доставая из кармана несколько серебряных монет, сказал добродушный паренёк.

Осип подошёл к нему, опустив голову, подставил свою пятерню, получил деньги, поблагодарил приказчика за подарок и отошёл в сторонку.

– Слышал, Осип, какое несчастье то в Тагиле с ним приключилось? – указывая на гостя, спросил Чуркин.

– А что такое? – лукаво проговорил тот.

– Меня, братец, чуть не убили.

– Экий грех какой случился! Как же так?

– Так вот, друг любезный, едва отдышался я.

– Вот тебе и раз! – покачивая головою, пробормотал каторжник.

В это время в избе деревенского старосты урядник сидел за столом и расспрашивал у начальника селения о том, не видал ли он разыскиваемого им Верхотурского купца, Лариона Николаевича, и не слыхал ли чего о нем.

– Проезжал здесь какой-то, останавливался у Наума Куприяныча и уехал в Тагил, – отвечал ему тот.