Молодинская битва. Куликово поле Грозного Царя

И чтобы не искоренили вороги лютые народ наш, ты должен положить конец их замыслам, чтоб дорогу забыли на русскую землю. Ведаю, что ждёт тебя твоя великая битва на твоём поле Куликовом. Где будет это поле твоё, на Дону или на Оке, у стен Рязани, Тулы, Серпухова или Коломны, пока не ведаю, но победа в ней заповедана именно тебе, в грозную ночь для грозного царствования рождённому. И чтобы не смели вороги казанские, астраханские или крымские даже помышлять о том, чтобы выбить под корень народ русский.

– А Запад? – спросил Иоанн.

– И против Запада порох сухим держать надобно, – молвил митрополит Макарий: – И Запад укрощать огнём и мечом придётся не раз, но запомни, ныне смертельная опасность надвигается с юга и юго-востока. А начать тебе предстоит с Казани и Астрахани. Прежде же, государь, надобно обрести власть свою, тебе от Бога данною и сломить боярскую вольницу, не то растащат бояре-крамольники государство Московское, пращурами твоими кровью и потом собранное.

Митрополит помолчал и ещё раз, глядя прямо в глаза отроку, сказал со всею твёрдостью:

– Помни, государь, о своём предназначении великом, готовься к своему полю Куликову, чтобы укротить пыл ворогов и создать поистине великую Державу Православную, ведь Держава в мире только одна. Только одной Святой Руси, заповедал Создатель удержание Апостольской истины. Наша вера православная, наша вера Русская единственно праведная вера.

Крепко задумался о своей судьбе великой отрок Иоанн. Нелегко охватить в столь раннем возрасте всё сказанное митрополитом, но даже своим отроческим умом понял он, что нет у него иного пути в жизни и нет времени на спокойное взросление: взрослеть надобно разом и навсегда.

Детские горести, рыдание по матери, покинувшей его в этом суровом мире столь рано, плач по доброму боярину Овчине, по своей воспитательнице, мамке Агриппине, сестре славного боярина, – всё это осталось позади.

А митрополит Макарий наставлял…

– Помни, государь, крепко помни, что царь должен быть грозен для нечисти, что царь самим Богом поставляется «на казнь злым, а добрым на милование». Крепко помни, что в Библии сказано: «Кто прольёт кровь человека, того кровь прольётся рукою человеческою».