Крамола. Столпотворение

Крамола. Столпотворение

Сергей Трофимович Алексеев

Крамола #1

Роман «Крамола. Столпотворение» – это размышление об истоках и последствиях беспощадного русского бунта, Октябрьской революции и Гражданской войны, особый взгляд на прошлое и будущее России, попытка понять роль героя, антигероя и простого человека в судьбе государства, определить роковые моменты истории, когда каждый обязан сделать нравственный выбор и нести за него ответственность. Действие первой книги – «Столпотворение» – охватывает период с середины XIX века до 1920 г.

Основные события происходят после революции.

Купеческие города в Сибири пахнут ладаном и разбоем. Колчаковцы, интервенты, полки Красной армии и банды уголовников, перед которыми в 1917 году открылись ворота централов, поливают сибирские просторы кровью. Красный террор сменяется белым, белый – красным, а земля принимает всех в одну братскую могилу, не ведая различий. Близнецы Андрей и Александр из дворянского рода Березиных ищут свой путь в этой толпе живых и мертвых, где так просто потерять душу, разум, веру и способность отличать добро от зла…

Сергей Алексеев

Крамола.

Столпотворение

1. В ГОД 1918…

Молния летела в лицо.

«Обережный круг!» – вспомнил он. И в тот же миг, ослепший и оглушенный громом, канул в черную бездну.

Очнувшись, Андрей не сразу понял, что его закапывают. Земля давила грудь и порошила лицо. Только руки торчали из ямы, и это обстоятельство в первую секунду вызвало досаду: хоть бы зарыли как следует…

И вдруг пронзила мысль – жив! Зачем же хоронят? Он за–кричал:

– Живой я! Живой!

Андрей на какой-то миг вновь потерял сознание.

Пришел в себя, когда ему ножом начали разжимать зубы, пытаясь напоить из фляжки. Он лежал на шинели, двое красноармейцев хлопотали около и переругивались. Андрей взял фляжку и выпил всю до дна, отбросил в сторону.

– Что со мной было? – спросил он.

– Да грозой тебя, – объяснили ему. – Не шибко, вот и не сожгло. А бывает – головешка остается…

Андрей сел и осмотрелся.

Светало. Бойцы спали на траве между деревьев, чудом выросших и доживших до старости на небольшом береговом уступе. Внизу белела река, подернутая туманом.

В ушах звенело, гудела голова, а перед глазами стоял несмаргиваемый зигзаг молнии, напоминавший белую ветвь дерева. Он попросил еще воды, онемевшей рукой плеснул на лицо. Прояснился ум, в степи стало светлее, однако на всем вокруг лежали зловещие отблески невидимого пожара.