Наполеон и граф Монтекристо

Если российская армия пойдет за Наполеоном до Парижа, она будет таскать каштаны из огня для кого угодно, но только не для нашего Отечества. Если Наполеон гарантирует, что больше не будет представлять угрозы для нас, лучше предоставить ему свободу рук в Европе.

– Но можно ли ему верить?

– Словам верить нельзя. Но передача Восточной Пруссии – это уже не слова, а конкретные дела, конкретные гарантии. Продвижение России так далеко на запад создает такую конфигурацию в Европе, при которой идти опять на Россию – самоубийство.

– У меня было о гусарах совсем иное представление, господин барон, – произнесла Императрица, поворачиваясь к штабс-капитану. – Вы меня изрядно удивили. Странно, почему я не слышала о вас раньше?

– Я прибыл с Кавказа, Государыня.

– Ах, да, графинюшка упоминала. Что ж, полагаю, что теперь я буду часто слышать упоминания о вас. Спасибо за очень интересные новости, что вы нам принесли.

– Буду всегда рад послужить вам, Ваше Величество. Позвольте мне откланяться?

При процедуре прощания штабс-капитан улучшил момент, чтобы шепнуть графине, что подождет ее.

Когда барон вышел, Императрица сказала графине Ливен:

– Ты была права, милочка. Эта аудиенция действительно оказалась весьма полезной для меня. Надо будет хорошенько обдумать все эти новости.

Когда графиня Ливен покинула дворец Марии Федоровны, барон Куравлев тут же подошел к ней.

– Спасибо за аудиенцию и высказанную позицию, которая полностью совпадает с моей. Я – ваш должник. А поскольку в должниках я быть не люблю, можете и впредь рассчитывать на получение интересной для вас информации во время пребывания в Лондоне. Обращайте внимание на письма, подписанные графом Монтекристо. Они будут зашифрованы. Читать их следует по первым буквам каждой строки, снизу вверх.

Графиня Ливен опять посмотрела на барона долгим взглядом, как ранее на приеме у императрицы.

– Кто вы, барон?

Штабс-капитан не удивился вопросу. Он успел убедиться, что графиня обладает острым мужским умом.

– Член тайного общества, члены которого хотят всяческого процветания для России. Пока этого хватит. У меня есть ощущение, что мы с вами еще встретимся. И тогда я, возможно, расскажу вам больше. Пока же достаточно этого. Во многих знаниях – многие печали, графиня.

– Вы – человек-загадка.