Личный тать Его Величества

Уж как он жалел, что не уберёг сынов своих – что Димитрия-первого, утопшего вовсе уж во младенчестве, что во младенчестве же умершего Василия, Машкой Кученей рождённого, что Ивана, смерть которого народная молва упорно связывает с приступом гнева у родного отца, что второго Димитрия, угличского мучника…

Ситуация усугублялась ещё и тем, что ни от одного из сыновей у государя не осталось внуков! У Фёдора родилась дочка, да и та годика не прожила… Оставалась надежда, конечно, что Господь не оставит Россию своею милостию, не позволит прерваться роду государей московских, от Ивана Даниловича Калиты идущему, и одарит Фёдора сыночком…

Ибо едва ли не самое страшное для державного мужа – осознавать, что лелеемая тобою держава с твоей кончиной рухнет, расколется в усобице… Зачем тогда все усилия, зачем пролитая кровь подданных, зачем взятые на душу многочисленные грехи во имя собственной власти?.

Да и вообще для истинного мужчины главное – знать, что род твой не прерывается, что дело твоё передаётся в надёжные руки… Если же в этом деле что-то не складывается, остаётся уповать только на Божью милость!..

С той надеждой и отошёл в мир иной грозный царь. А для реального управления державой оставил Опекунский, или Регентский совет. В него вошли князья Иван Мстиславский и герой Псковской обороны Иван Шуйский, а также любимец московского высшего света Никита Романов, хитромудрый Борис Годунов и честолюбивый Богдан Бельский… Все они принадлежали к разным кланам, друг друга особо не жаловали – и именно в этой взаимной неприязни царь Иван видел залог того, что никто из них не сможет выдвинуться на первые роли.

Какое-то время так и оставалось. Опекуны ревниво следили друг за другом. И в результате вопросы решались для пользы Отечества, а не для личного блага кого из царедворцев.

Однако недолгой оказалась та натишь!

Соперники не сидели, сложа руки – каждый старался обзавестись сторонниками, сколотить коалицию, чтобы свалить супротивников… О благе государства речь теперь особо не шла – каждый больше помышлял о собственных интересах!

И вот уже в назначенном Опекунском совете всё чаще начинает появляться Пётр Головин – один из двоих казначеев государевых.