Огненная дуга

– С сентября тысяча девятьсот тридцать восьмого по десятое апреля тысяча девятьсот сорокового. Сразу после нападения Гитлера на Норвегию наше посольство предложило нам прекратить все закупочные операции и немедленно выехать на родину. Но выехать удалось только в конце апреля. Факт пребывания за границей в анкете отмечен, – осторожно добавил он.

– Только по этому факту в анкете вас и разыскали! – вроде бы даже с улыбкой сказал хозяин.

– А сколько времени искали! – сердясь на что-то, заметил Кристианс.

– Однако ж нашли! – миролюбиво остановил полковника хозяин.

– У вас остались в Норвегии друзья? – это Корчмарев берет быка за рога. Толубеев невольно опустил глаза и сказал слишком тихо:

– Да.

Из угла чей-то голос задумчиво произнес:

– Я помню ваш тогдашний доклад о состоянии норвежской и шведской металлургической промышленности и о захвате этих рынков немцами. Такой доклад без деятельных и умных помощников было бы невозможно составить. Как вы полагаете, ваши друзья не могли подвергнуться преследованиям?

– Ну, в Норвегии люди, которые мне помогали, никаких секретных фактов не разоблачали.

– А могли бы вы восстановить эти связи? – Это опять Корчмарев. Он, по-видимому, любит торопить события. Но ведь сначала Толубеев должен знать, чего от него хотят. Французы говорят, что и самая красивая девушка не может дать больше того, что она имеет.

– Вы имеете в виду – восстановить их отсюда? – осторожно спросил он.

Сидевший в углу человек вдруг поднялся и вышел на свет. Он подвинул кресло и сел рядом с хозяином кабинета. Только тут Толубеев узнал его: заместитель наркома тяжелой промышленности. Когда-то этот человек оформлял его заграничную командировку. Заместитель наркома жестко сказал, будто с кем-то спорил:

– Я думаю, нам следует поговорить начистоту. – Но потом улыбнулся, словно хотел смягчить свою неожиданную резкость, добавил: – Туркмены говорят: «Сядем хоть наискось, но поговорим прямо…».

Хозяин кабинета вежливо сказал:

– Пожалуйста. Мы слушаем.

Заместитель наркома заговорил тихо, медленно, но так, словно хотел вбить в сознание Толубеева каждое слово:

– Владимир Александрович, вы, я вижу, уже поняли, что от вас ждут чего-то очень важного. Меня вы знаете. Эти товарищи руководят различными отделами разведки генерального штаба.