Последний день лета

Волк еще раз стукнул в стекло «девятки» и спокойно сказал:

– Вышел сюда бегом.

По голосу было понятно, что майор с нетерпением ждал неповиновения.

Шаман аккуратно разжал пальцы, позволив пистолету соскользнуть в щель, и нехотя выкарабкался из машины. Что делать дальше, он не знал, поэтому молча испуганно уставился на волка.

– Уши греешь, блядина? – без зла, даже как-то ласково поинтересовался милиционер.

– Товарищ подполковник, вы чего! – Шаман знал, как нужно усыплять бдительность людей в погонах.

Расчет не подвел: волк снисходительно ухмыльнулся.

– Майор пока.

Обнадеженный Саша продолжил:

– Меня брательник попросил за машиной глянуть, пока он…

– Попизди мне, – всё так же мягко перебил милиционер. – От Фармацевта не угоняют, а если угонят, то утром две вернут. Ты что, сучонок, за фраера меня держишь?

Блатное словечко странным образом не противоречило майорским погонам – наоборот, прозвучало максимально естественно. Голос волка, впрочем, начал подрагивать от сдерживаемой ярости.

– Весь город, сука, знает: у Коли на улице можно хоть машину оставлять, хоть целку-семиклассницу – всё будет в целости и сохранности. Кроме целки, га-га.

Он засмеялся собственной шутке, явно рассказанной не в первый раз. Шаман сообразил, что товарищ майор, по ходу действия, слегка в говнецо – может быть, он просто покуражится и не полезет копаться в «девятке», в недрах которой лежала «тэтэшка» со спиленным серийным номером.

– Хорош придуряться, пионер, – вдруг гулко сказал майор. – За мной пошел. Расскажешь дядям, чего тебе по ночам не спится.

Он развернулся и пошел к дому Фармацевта, не дожидаясь реакции Шамана, – майор знал, что приказ будет исполнен. Саша поплелся следом, испытывая смесь страха и облегчения – страха по понятным причинам, а облегчения потому, что с каждым шагом увеличивалось расстояние между ним и палевным ТТ. О том, что? будет, если майор найдет ствол, даже думать не хотелось.

– Пал Саныч! Отставить тревогу! Я мелкому по натуре сказал в тачке обождать.

Шаман Большой возник на ступеньках дома, сияя широченной (и несколько натянутой) улыбкой. Саша достаточно хорошо знал брата, чтобы понять: «на семь минут поздороваться» явно прошло не так, как было запланировано.

Майор Ростовского-на-Дону ОВД на транспорте Павел Александрович Азаркин остановился и с неудовольствием посмотрел на старшего Шаманова.