Жизнь и смерть

Разве Петр Алексеевич не яркий тому пример? Дядя нынешней императрицы. Все знают, что он приказал переплавлять церковные колокола в пушки. Все это помнят?

Все кивнули головой.

– А для чего он это сделал, вы помните, граф? Или забыли?

– Не вам меня учить. Мой отец был сподвижником Петра, и я знаю все с его слов до таких мельчайших подробностей, о которых и сейчас-то мало кто знает, а спустя столетия после нашей смерти никто уж тем более ничего не вспомнит.

– Господа, господа… Прошу вас, успокойтесь, – вмешался Лев.

 – Я вас собрал в своем доме не для того, чтобы мы ссорились, а для того, чтобы мы нашли взаимопонимание.

– Знаешь, Лев, когда ты говорил о том, что хочешь познакомить меня с людьми, которым небезразличен народ, я думал, что это не будет связано с кровопролитием. Но, видимо, я ошибался.

– Погоди, Григорий. Неужели у тебя никогда не возникало мысли войти в историю своей страны как герой, которого будут восхвалять до скончания времен?

– Не такой славы я хочу, Лев.

Уж лучше умереть в неизвестности, но с чистой душой… Прощайте, господа. Не сочтите за дерзость, но мне пора идти.

…Находясь в доме друга, Борис неоднократно думал над тем, как ему поступить: вернуться домой и еще раз извиниться перед Василисой Кирилловной? или же забыть о своих проблемах и отправиться на войну?..

Войдя в комнату, где за столом сидели Сергей с супругой, Борис уверенно сказал:

– Мне нужно с вами поговорить!

– Борис, что с тобой? – с улыбкой спросил Сергей.

 – С тобой все в порядке?

– Более чем. Для начала я вас хотел поблагодарить за то, что вы мне помогли в трудный час. Я это ценю. Не каждый готов пойти на такой шаг.

– Борис, ну что ты…

– Не перебивай. Я еще не закончил. Конечно, то, что я живу у вас, не может так больше продолжаться.

– Но ты нас нисколько не стесняешь…

– Сережа, я так больше не могу.

– О чем ты?

– Я должен уехать, чтобы обо всем хорошенько подумать.

– Но куда?

– К сестре, в Санкт-Петербург.

Я желаю вам обоим счастья, здоровых детей и долгой совместной счастливой жизни. Прощайте!

X

В конце июня 1735 года из Польши в Санкт-Петербург прибыл Буркхард Кристоф Миних. В России он известен как Христофор Антонович. Ему уже было чуть больше пятидесяти лет. Он гордился своим происхождением, так как Минихи происходили из старинного дворянского рода. Дальний предок Буркхарда, Иоанн, в конце пятнадцатого века имел замок в Баварии.