Убитая монета

– Представительские расходы, билеты, гостиница оплачиваются отдельно, – добавил Живчик.

– У меня есть какое-то время подумать? – Чтобы что-то спросить, уточнил Виноградов.

– Нет. Но я уверена, что вам это и не нужно…

* * *

Молодому охраннику Олигарха этот человек активно не понравился.

Таких, в его понимании, совершенно не следовало допускать не то, чтобы лично к хозяину – даже от помойки на дворе хозяйского дома их следовало бы держать подальше. Какая-то куртка не по сезону, поношенные брюки и ботинки со следами грязной соли, которой посыпают улицы от снега…

Второй охранник был значительно старше и опытнее.

Видел он сегодняшнего посетителя уже не впервые – и вообще, за долгие годы в окружении Олигарха насмотрелся на таких разных людей, что давно уже не оценивал никого исключительно по одежке.

– Нет, он точно не из наших.

Встреча на этот раз проходила в закрытой ложе Дворца ледовых видов спорта. Огромные панорамные стекла в ней затонировали так, что разглядеть снаружи, что делается за ними, было совершенно невозможно.

Зато из самой ложи прекрасно просматривалась залитая искусственным льдом и искусственным светом площадка, на которой сейчас выписывали какие-то незамысловатые фигуры девочки из младшей группы по фигурному катанию.

Лицо и глаза у человека, с которым общался Олигарх сегодня, были явно еврейские, в маму. А вот фамилия ему досталась папина, украинская – Дыбенко. Как у легендарного революционного матроса, которого эта самая революции, по законам исторического развития, впоследствии и поставила к стеночке.

– Посмотри еще раз, – предложил Олигарх.

Но Дыбенко уже отодвинул от себя фотоснимки, распечатанные с камер уличного наблюдения. Камеры были установлены с обеих сторон, напротив магазина для коллекционеров, и получить к ним доступ для профессионалов из службы безопасности Олигарха не составляло особенного труда:

– Зачем мне ваши записи смотреть, если я сам его видел, лицом к лицу?

– А ты что, всех коллекционеров города знаешь?

– Нумизматов, – поправлять Олигарха решался не каждый, но человек с революционной фамилией все-таки уточнил.

 – Нет, не всех. Только тех, кто заслуживает внимания.

Обращение на «ты» от собеседника он терпел вполне спокойно – так уж сложилось общение между ними, в том числе, из-за разницы в возрасте. В остальном же Дыбенко вел себя с Олигархом так, как позволяют вести себя с хозяевами жизни только те, кто на деле успел доказать в чем-то свою незаменимость.