Супостат

Супостат

Иван Иванович Любенко

Клим Ардашев #10

Петроград, февраль 1915 года. Клим Пантелеевич Ардашев, статский советник МИДа, узнает от своей жены о несчастье, постигшем ее модистку, работавшую в ателье «Мадам Дюклэ». Белошвейка Анна Извозова подверглась нападению неизвестного. Ее усыпили хлороформом и ослепили, оставив на лице глубокие рваные раны. Поразительно было то, что их «рисунок» напоминал перевернутые кресты. Чтобы изобличить преступника, Ардашеву предстоит не только понять мотивы его злодеяний, но и проверить на прочность семейные узы, став любовником… своей собственной жены!

Иван Любенко

Супостат

© Любенко И.

, текст, 2015

© Асадчева Е., иллюстрации, 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

1

Модистка

Женщина – создание беззащитное. Особенно если она молода, красива и бедна. И сколько же кружится вокруг такого мотылька хищников! Коллежские секретари и асессоры из Присутственных мест с завитыми кверху усами, купцы-миллионщики с блестящими на солнце лысинами, напористые, как эскадрон, корнеты и убеленные сединой отставные генералы.

Все они – кто подолгу, а кто мельком – останавливали взгляд на юной Сильфиде, проплывающей среди разодетых манекенов ателье «Мадам Дюклэ», что находилось в Петрограде на Измайловском проспекте. Но больше всего Анну раздражали приставучие, как клейстер, приказчики галантерейного магазина «Парижский свет», ведь с ними очаровательной модистке приходилось общаться два раза в неделю.

Вот и сейчас она стояла у прилавка и пересчитывала отпущенный в кредит товар: аграмант восьмигранный – пять аршин; стеклярусные кружева по тюлю (черные и цветные) – по пять аршин каждого наименования; плюмаж из птичьего пера (цвета гелиотроп) – две коробки; лента муаровая – десять аршин; лента атласная (красная) – семь аршин; пуговицы кокосовые (с ножкой) – 100 штук, (с прошивными ушками) – 50 штук; эластики для подвязок – 30 штук; бахрома с золотом – десять аршин; канитель серебряная – восемь аршин; белый газ – десять аршин; красный рытый бархат – пятнадцать аршин; швейцарский муслин на коленкоре – двадцать аршин.

– И все-таки вы не ответили на мой вопрос, будете ли вы свободны на этой неделе? – пропел над аккуратным ушком высокий приказчик с напомаженными волосами.

– Простите, Тимофей Спиридонович, но у нас много работы, – смущаясь, вымолвила барышня.

– Ох, Анна Ивановна, Анна Ивановна! Не жалуете вы меня.