Проект «Голубой Марбл»

Его глаза словно раздевали молодую женщину, и он несколько раз провел своей большой рукой по плавному переходу бороды от короткой волосяной растительности на верхней части челюсти и щеках, по всей длине под подбородком.

Бари хотелось выкрикнуть в самодовольное, красивое лицо брата, чтобы тот засунул свой похотливый взгляд куда подальше, но он не желал быть препятствием для Лилис, если она решит, что Дон гораздо приятнее для нее, чем он, Бари. Он посмотрел на девушку, словно ища в ней поддержку.

Лилис, почувствовавшая, как напрягся ее начальник, а при этом его брат остается абсолютно равнодушным, язвительно поинтересовалась:

– А как это до тебе, Дон, так быстро долетели решения Совета? Мы сами только узнали об этом.

– Внутреннее чутьё подсказало. У меня редкостный талант, я имею благодатную интуицию по отношению к бытию.

Дон рисовался перед Лилис, желая произвести на нее впечатление. Все его позерство, манерность и даже золотой длинный плащ выдавали в нем понтореза-соблазнителя.

Бари понимал, что Дон не оставит в покое понравившуюся ему женщину, так было всегда.

Но и по оценивающему взгляду Лилис было понятно, что ее заинтересовал уверенный в себе бородач, умеющий просто и открыто общаться, не чета немного застенчивому брату. И Бари решил прекратить эту пытку для себя.

– До завтра, Лис, – по-деловому проговорил он, протягивая ей немного влажную от волнения руку, – передай Сату, я жду вас в Пантеоне по полудню. – И повернувшись к брату, неожиданно даже для самого себя, резко, приказным тоном объявил, – оставь авто здесь, поедим на моем родстере.

У ошалевшего от дерзости брата Дона отвисла челюсть, и ничего не сказав Лилис, он молча поплелся за Бари.

И никто из троих не заметил стоявшего неподалеку Сата с язвительной ухмылкой на узких губах и полных ненависти бегающими угольками-глазками.

4

Всю дорогу в машине царило молчание. Дону, сидевшему как на иголках и не знавшему, с чего начать разговор, это молчание показалось напряжённым и мучительным.

А возбужденный от полученной новости Бари просто думал о своем новом назначении, о том, как завтра в Пантеоне, в центральной лаборатории Всемогущего Рода, он начнет брифинг с новой командой.

Авто остановилось у каменной, побеленной известью стены с прорезанной в ней узкой и достаточно высокой дверью и несколькими редко расставленными маленькими окошечками в верхней части. Еле пропихивая себя в дверь здоровяк Дон матерился и клялся разнести эту проклятую глухую стену.