Общая жизнь

А, может быть, главным было то, что ему хотелось побыть среди людей и продлить иллюзию собственного участия во всеобщем праздновании.

Елка была видна издалека – ее переливающиеся гирлянды меняли цвет и отбрасывали блики на лед замерзшего пруда. Главное дерево окружали растения поменьше – в деревянных кадках зеленели молоденькие елочки, также обильно украшенные чем-то ярким и блестящим. Вокруг было множество народу всех возрастов. Слышались песни, смех и взрывы фейерверков, то тут, то там зажигались бенгальские огни, кто-то катался по льду на коньках и санках.

Василий Николаевич остановился, очарованный хвойной красавицей и царящим возле нее праздничным настроением, которое, казалось, буквально наполняло воздух. На мгновение забылись все горести и печали, отступила ставшая привычной тоска. Человек ощутил себя единым целым с этой веселой пестрой толпой и почувствовал в душе почти забытые отголоски радостных эмоций.

Он смотрел на мигающие елочные огни и наслаждался моментом, как вдруг позади него раздался громкий скрипучий голос:

– Поберегись!

Василий Николаевич еще ничего не успел понять, как вдруг сзади его что-то сильно толкнуло и свалило в снег. Больно ударившись коленом, он с негодованием оглянулся и увидел лежавшего рядом с ним человека примерно его возраста. По-видимому, незнакомец не удержал равновесие и упал, проехав по образовавшейся снежной горке и ненароком сбив с ног оказавшегося на его пути Василия.

Василий Николаевич моментально проникся сочувствием к неудачливому незнакомцу и уже собрался поспешить к нему на помощь, как вдруг тот воскликнул с неудовольствием:

– Чего на дороге встал, старый хрыч? Я ж предупреждал: поберегись!

Василий оторопел. Это ему? Он не ослышался?! Да если кому и возмущаться, то это пострадавшему от такого наезда, а не виновному в аварии.

– От хрыча слышу, – спокойно ответил Василий и передумал помогать незнакомцу.

Он, не торопясь, встал, потер ушибленное колено и хотел было возобновить любование наступающим праздником. Однако хрупкое настроение куда-то улетучилось, потревоженное нечаянным инцидентом. Позади продолжало раздаваться раздраженное ворчание, сопровождаемое шумной возней.

– А, что б тебя! Чертова погода! Снег проклятый. Посыпать не могли! – такими были самые мягкие выражения, извергаемые недовольным прохожим.