Очарованный край

Длинные седые волосы выбивались из-под круглой шапки и падали ниже плеч. Бесформенный балахон под ними еле виднелся. В какой-то момент глаза на обветренном лице показались Сергею белесыми, как у волгой рыбы. Но приглядевшись, он увидел такой же льдисто-серый цвет, какой запомнился у Насти.

– Сур меня кличут, – отозвался человечек, пристально рассматривая Сергея. – А в землянке дочь моя – Нюрда. Хорошо ли она ходила за тобой?

Сергей вспомнил, как Настя отругала его за ребенка, но не сообразил, стоит ли об этом говорить.

Сан Саныч по своему расценил его молчание:

– Не помнишь. Оно и понятно. Камни не пропускают просто так, мзду требуют.

– Камни? – сумел выдавить Сергей.

– Ты сюда сквозь камень пришел.

Сергей снова почувствовал тяжесть и невольно приложил руку к груди.

Белесые глаза Сан Саныча заинтересованно блеснули:

– Гляди-ка! Что еще вспоминаешь?

– Туннель, скала со всех сторон…

– Ого-го, силен! И уже на своих ногах стоишь. А наши лучшие шаманы до сих пор в иных мирах витают.

– Сколько времени прошло?

– Четверть луны, не больше, – отмахнулся Сан Саныч.

– Что, неделя? Меня уже везде ищут. Где мы сейчас?

– Шестьдесят вторая широта, около того.

– Это, наверное, была шахта, – сам с собой размышлял Сергей. – А я упал в обморок, от усталости и напряжения. Меня сюда донесли эти странные люди. Это очевидно.

Сур хитро улыбнулся:

– Не верь глазам своим, мудрый человек сказал.

Сергей растеряно шарил взглядом вокруг, натыкался на землянки.

– В Университете был отдельный факультатив про древние народы. Нам рассказывали, что был народ «чудь, «чудины»… – начал Сергей.

Сур его перебил:

– Брал я уроки в твоем Университете. Только было это в году одне тыща седьмисот шестьдесятом*, коли память не изменяет.

– Да, что вы, при Ломоносове еще? – изумился Сергей.

Сур кивнул.

– И потом мир посещал. Так что говор твой не проблема.

– Так сколько же вам лет?

– В линейном времени или в реально прожитом?

– Уф, ну Вы Сан Саныч… Сур, сильны задачки задавать!

– Знать не знаю, какой такой Сан Саныч. И прекрати меня на Вы величать. А то размножусь, как мошкара, и не будет мне числа.

Человечки стали подходить поближе, присаживаться на камнях и валежнике, а кто на корточках.