Хранитель изумрудной печати

 – Он позвонил, я три раза сбрасывала его номер, потом послала ему сообщение, чтобы он оставил меня в покое, ушел из моей жизни, наконец, что я уезжаю, чтобы забыть его навсегда! – «Дура, говорила же ей, чтобы не вступала с ним ни в какие контакты!» – Он приехал, ломился в дверь, так что соседка… ну ты знаешь, такая, волосы у нее всегда мелким бесом завиты… так вот, она выскочила и орала, что вызовет полицию… В общем, пришлось открыть. Верка, он на коленях полз за мной от самой двери! Сказал, что не уйдет, пока я его не прощу! Он плакал и говорил, что его жизнь без меня напоминает море, полное медуз и каракатиц! Он обещал, что выбросится из окна – прыгнет прямо сейчас!

«Господи, ну взрослая же баба… – с тоской думала Вера, отставив трубку от уха, – двадцать девять лет скоро, неужели совсем не соображает, что несет…»

И только она хотела было прервать Ларискин восторженный лепет и спросить прямо, что же ей-то теперь делать, как на том конце послышались возня и голос Ларискиной матери:

– Дай мне, сейчас я ей все скажу! Ты слушаешь меня, Вера?

– Да, здравствуйте, Эльвира Петровна! – пробормотала Вера.

Ей совершенно не хотелось вступать в беседу с Ларкиной мамашей – та столь многословна, что может заболтать насмерть, а у Веры сейчас совсем не то настроение.

– Вот и слушай! – заговорила Эльвира. – Давно хотела тебя спросить – что ты все вертишься вокруг Ларисы, что ты ей жить не даешь?

– Я? – Вера оторопела от неожиданности. – Эльвира Петровна, что вы такое говорите?

– Я знаю, что говорю! – перебила ее Ларкина мамаша.

 – Я давно за тобой наблюдаю и теперь скажу прямо: оставь Ларису в покое! Если у тебя не задалась личная жизнь, это не значит, что она должна тратить свое время на то, чтобы отвлечь тебя от неприятностей! У нее-то есть шанс устроить свою судьбу, а ты ей мешаешь!

– Я мешаю?! – Вера слегка очухалась и заговорила, запинаясь, потому что слова с трудом выскакивали из гортани: – Позвольте, но Ларка сама мне позвонила, она была в ужасном состоянии…

– Не преувеличивай, – сухо оборвала Эльвира Петровна, – мало ли, любящие люди поссорились, все в жизни бывает.

И если бы ты не раздувала каждый раз из мухи слона и не отговаривала Ларочку от встреч с Геночкой, ничего бы не было.

– Да я вовсе не…

– Вот что, Вера, – в голосе Эльвиры послышалась несвойственная ей раньше твердость, – если ты сама не понимаешь, мой долг матери объяснить тебе положение вещей.