Горцы. Роман. I – II том

Здесь за большим длинным столом на тяжелых, обитых красным бархатом дубовые стульях сидело несколько человек, среди которых на почетном месте восседал горец преклонных лет, в белой черкеске, на груди которого красовалось несколько георгиевских крестов. Когда друзья вошли, сидящие за столом горцы встали, а старец оставался неподвижным и пристально разглядывал абрека. Высокий чеченец был в черной черкеске, которая обтягивала его широкие плечи, без пояса и кинжала и в черных кожаных сапогах. Он выглядел как посол из сопредельной страны.

– Это мой дядя Николай, глава рода Мачутадзе! – представил его Александр.

Князь Александр Мачутадзе

– А это, – указал он на Куту, – чеченский абрек, мой друг Кута, – посмотрел князь на рядом стоящего чеченца.

– Кута из Довта-Мартана! – подал чеченец руку старому грузинскому князю.

Не отпуская руку Куты, старейшина рода Мачутадзе разглядывал его:

– Я рад тебя видеть, – мягким голосом с заметным грузинским акцентом произнес он, – тут много говорят о тебе хорошего, и многие хотят тебя увидеть.

– Увидев тебя без кинжала, грузины подумали, что ты священник, – улыбнулся он. Затем подал знак одному из рядом стоящих горцев. Тот быстро подошел к главе рода и подал ему что-то, завернутое в красный бархат.

– Кута, мы будем принимать гостей в честь тебя, и когда грузины увидят чеченца без оружия, им тяжело будет поверить, что перед ними абрек, – улыбаясь, он развернул бархатную ткань, в которой лежали пояс, отделанный серебром, кинжал тонкой работы грузинских мастеров и русский офицерский наган в кобуре.

– Это мой подарок тебе! Я знаю о твоем подарке сыну сванского князя.

Кута, чувствовавший себя без безоружным не совсем уютно, с удовольствием взял из рук грузинского князя подарок. Он тут же, туго натянув пояс на талии, закрепил на нем кинжал, а наган передал своему другу на хранение:

– Князь, я благодарен тебе за столь щедрый подарок, он уместен для меня сейчас, как никогда.

Старый князь и Александр со своим другом Кутой вышли из дома во двор. Там было всё освещено, и кругом было много людей:

– Это все наши близкие и родные и они хотят с тобой пообщаться. Мы будем кушать, кто желает, будет и пить.