Воскресный день

– А вот меч – ей подходит, – сузил глаза Каха и зло усмехнулся, – Хотя, честно сказать, метла больше, потому как на монументальность наша Дуся не тянет! Да, ошибочка вышла. Дуся совсем не «Мать Грузия». Скорее, она похожа на памятник 26 бакинским комиссарам, причём всем сразу, помните? Тот огромный камень в Баку? В центре? – этими словами Каха разрядил обстановку.

Все зашумели, начали вспоминать, как мы ездили в Азербайджан два года назад, и тот памятник, поразивший нас размерами и мощью. Шум не смолкал ещё долго.

Сторожиха школы тетка Дуся была лицом магическим, дремучим и неуправляемым.

Мало того, что она важно именовалась «заместителем директора школы по хозяйственной части», она, кроме прочего, считалась негласным оперативником и основным разведчиком в школе по части курения за спортивной площадкой всех лиц обоего пола и информатором всего, что случалось в городке.

Тетку Дусю легко можно было сравнить со Штирлицем, если бы всё внутри не сопротивлялось этому. К сторожихе относились с осторожностью.

– В школу в шесть утра припрётся и ну во все углы заглядывать, ползать. Все жилы вытянет работой своей, будто мёдом ей намазано, – ворчала она, – И характерец у ей… Не тётка , а… Просто мужик с яйцами и с бонбой в запазухе…

Дуся божилась, что сама видела, как Гангрена выговаривала что-то приехавшему с проверкой Адмиралу! А тот покорно слушал, кивал, видать соглашался, а потом и честь ей отдал! Во как! Тут попробуй, скажи поперёк.

– И Автандил ваш… Обходительный человек, тут ничего не скажешь, только нудны-ый! Скука ходячая, – Дуся моментально замолкала, видя идущего по коридору завуча и угодливо с ним здоровалась, – Здрасьсссти, Автандил Николаевич! Какой костюмчик-то на вас справный, а?

Завуч останавливался.

– Говорю, справный костюм. Где достали? Хорошо сидит.

Завуч невнимательно благодарил и скрывался в учительской, а Дуся, обидчиво поджимая губы, швыркала тряпку в ведро и с силой отжимая, продолжала:

– Костюм-то по блату купленный, точно говорю. Таких в магазине сроду не найдёшь, постараться надо.

Она делала широкие взмахи половой тряпкой.

– Это жена его – продавщица в тканях – достала. Ух! Ей палец в рот не клади!

Сторожиха опиралась на швабру.