Балатонский гамбит

10

Едва рассвело, немцы начали артиллерийскую подготовку. Артиллерия и минометы обрушились на боевые порядки Красной армии, расположенные между озерами Балатон и Веленце. После допроса пленного Наталья только прилегла отдохнуть в землянке, как вдруг раздался страшный грохот. Она вскочила и выбежала в траншею. За ней выскочила испуганная, заспанная Прохорова. По ходу сообщения побежали на наблюдательный пункт командира роты. Кругом полыхали взрывы снарядов. Капитан был на месте. С ним – Аксенов, Косенко, командиры взводов.

Иванцов и Аксенов в бинокли всматривались вдаль.

– Артподготовка, начали, – сказал, опуская бинокль, Иванцов. – А всю ночь нас за нос водили, то снегом поскрипят где-то, то постучат, то вдруг ни с того ни с сего палить начнут беспорядочно из автоматов. То сидели молчком, а как стало ясно, что Косенко их планы раскрыл, начали мудрить. Все на пушку брали, мол, вот-вот начнем, а сами разведку мелкими группами вели, оборону прощупывали. Ан, ничего не вышло, мы тоже воробьи стреляные, нас не проведешь.

Видишь, майор, – он повернулся к Аксенову, – верно я приказал огонь вести только дежурным пулеметам, а остальным спать. А то бы сидели в траншеях, глаза пялили впустую. А к самой атаке уже и устали бы. А так свеженькие. Они созрели, когда солнце уже вышло. Ага, девчата! – он заметил Наталью и снайпершу. – Ты, Наталья при мне, – распорядился сухо, – носа никуда не совать. Поняла?

– Может, я к санинструкторам, Степан Валерьянович, – предложила она. – Если сейчас немец пойдет, у них много работы будет.

– Я сказал, при мне, – отрезал Иванцов. – Без тебя они справятся, не в первый раз. Влипнешь куда, кто поможет. При мне, и все. А ты, Прохорова, – он вдруг обратил внимание на Надю, – ты чего все винтовку свою держишь? Она тебе сейчас не понадобится, спрячь подальше. Да в чехол не забудь положить, ценность все-таки. Автомат бери. Он сейчас куда как больше пригодится. Наталья и ты возьми тоже, на всякий случай, – он кинул ей «Калашников», – а то со своей «хлопушкой» офицерской много тут не настреляешь.

– Что? Что? Идут? – в окоп спрыгнул комсорг Васильков. – А, Наталья Григорьевна?

– А я почем знаю, идут они или нет, – она холодно пожала плечами, отстраняясь. – Я кто? Командир роты или полка? Ты не у меня спрашивай, а у знающих людей. Что ты все у меня спрашиваешь? Пока не идут, пока стреляют, сам видишь.

– Вот, Наталья, язык у тебя недобрый, – покачал Васильков головой с осуждением. – Злой язык.