Капкан для пилигрима

Скривился, точно гадость какую вспомнил, под ноги сплюнул смачно и жёлто, остро зыркнул из злобного прищура.

– Известно, как они ждут. Как разлягутся по кустам – за ноги не растащишь.

Матвей смущённо кашлянул, с опаской глянул на мальца. Миха глазёнки выпучил, рот приоткрыл и уставился на солдата в нетерпеливом ожидании – рассказ обещал быть интересным.

– Чего это ты на баб-то осерчал, служивый? – снисходительно спросил Матвей. – Разошёлся, не остановить. Как будто раньше про них только хорошее думал, а тут вдруг прозрел внезапно.

– Раньше я про них вообще не думал, – неожиданно успокоился тот и усмехнулся криво. – Была нужда, думать ещё. Просто праздники подошли, мы отметить собрались, очередь уж расписали – кому, когда отдыхать… И на тебе! Из-за какой-то суматошной дуры пришлось в поход выдвигаться. А теперь что? Пока туда-сюда ходим и праздники пройдут, а следующие не скоро.

Вздохнул душераздирающе и снова длинно, тягуче сплюнул. Матвей поморщился, но промолчал. Только головой сочувственно покачал и языком негромко поцокал.

– Обидно, конечно.

– А с бабами-то что? – нахально влез в мужской разговор Миха, солдата за штанину нетерпеливо дёрнул.

– С какими ещё бабами? – удивился тот.

– По кустам которых… За ноги!

– А ну иди отсюда! – вызверился служивый, но тут же повернул к Матвею худое, бородатое лицо и одобрительно ухмыльнулся. – Резвый у тебя пацанёнок.

– Сам не рад, – хмуро буркнул Матвей.

– Ему, с таким характером, к нам надо, – рассудил солдат, – а не к монахам.

– Подрастёт – разберётся. Так чего ты там про бабу-дуру толковал?

– Монах, а туда же! – изумился бородатый и даже дымом поперхнулся. – О бабах! А я ещё удивляюсь, где мальчонка такого похабства нахватался?

– Да нет! – осадил солдата Матвей. – Про бабу, которая вам праздники испортила. Я как раз ищу одну такую любительницу праздники портить.

– А тебе она зачем? – лукаво прищурился служивый. – Грехи отпустить и к богу проводить?

– Уж как пойдёт, – смиренно вздохнул Матвей.

– Это верно, – одобрил солдат, трубку о каблук старательно выколотил и в сумку аккуратно сунул. Нужная вещь, страшно подумать – потерять. Да у солдата вообще вещей негусто, и все важные. Мелочей нет.

– Говорят там, – и взглядом по небу шаркнул, – целая канцелярия, почище нашей полковой. Вот пусть головы и ломают. А нам лишь бы отсюда эту напасть спровадить.