Капкан для пилигрима

Вся фигура бантиками да рюшечками заляпана, флажками да ленточками.

Следом, аккуратными рядами по четыре штуки, потянулась бесконечная змея пехотинцев: одинаковые хмурые лица под блестящими тазиками касок, тёмно-красные, пыльные мундиры, сапоги до колен, сабли на поясе и огромные, длинные ружья на плечах. Матвей прищурился, оценил оружие. Судя по калибру – запросто можно атмосферники влёт сшибать. А вот конструкция… С утра до обеда заряжаешь, один раз выстрелил, а потом уж только саблей махать, если не лень.

– Эй, монах! – один из солдат призывно махнул рукой и вслед за тощим запястьем мотнулся над строем широкий обшлаг мундира. – Ты из какого Ордена?

– Орден Белого Духа! – зычно рявкнул Матвей.

– Вот свезло! – обрадовался служивый. – Ведь и я Белому Духу молюсь! Эй, командир! Дозволь душу молитвой освежить, коли случай удачный? Да благословение получить.

Копна разноцветных перьев на командирской шляпе равнодушно мотнулась вперёд-назад, солдат деловито подтянул штаны одной рукой и выдрался из безликой, походной колонны. Неспешной трусцой подбежал к Матвею, ружьё прикладом в землю упёр, приветливо ощерился сквозь жиденькую бородёнку. Озорно подмигнул мутным глазом из-под козырька плоской, мятой каски. Матвей в ответ головой качнул, хмыкнул скептически.

– Это где же ты, служивый, к моему Ордену примкнуть сподобился? – и с подозрением прищурил правый глаз.

– Нужен ты мне, с Орденом вместе, – небрежно отмахнулся тот, добыл из сумки на поясе коротенькую, толстую трубку, похрустел странным, заискрившимся приспособлением и с довольной улыбкой пыхнул сизым, вонючим дымом.

– Покурить припёрло до зарезу, – разъяснил простодушно. – В строю-то, кто ж позволит, а тут ты! Поневоле уверуешь.

– Неважно, – Матвей облегчённо выдохнул. Уж испугаться успел – откуда бы взяться последователю придуманного культа?

– Да и молчим что-то давно, – спокойно и рассудительно взялся толковать солдат. – Сейчас у командира засвербит песню послушать, так я уж лучше подальше отойду. У нас песни всё больше про верных баб, которые солдат с войны ждут, а у меня от этой темы с души воротит.