Проспект Коровицына

На последней фразе диалог зацикливается и продолжается до бесконечности с нарастающей экспрессией с обеих сторон, подкреплённой активной жестикуляцией, гротескной мимикой и «пантомимой» (изображая слона). В конце концов, оба персонажа просто утыкаются друг в друга лбами и орут что есть мочи.

5. Вольница поэтов. Школа-школа! До сих пор иногда мне снятся твои широкие лестницы, ступени из мраморной крошки, и я все бегу-бегу по ним куда-то то. Здесь было все – первая любовь в 3-м классе, попытки отстоять свой статус в драках, первые открытия и первые разочарования.

Что такое свобода? – вопрос такой же сложный, как и «что такое человек»? Двуногое без перьев? Как известно, среди рабов быть свободным нельзя, но можно создать особую породу рабов, которые будут «внутренне свободны». И сдалась эта «внутренняя свобода»! «Можно быть свободным и в тюрьме, капитан, а тебе, видимо и на воле не сбросить оковы» говорит слепой Чиррут Имве в «Звездныхе войнах», «Изгой – Один».

Красивая сентенция. Но чую бесовское, да обосновать не могу… Однако, постараюсь.

Казалось бы, слепой джедай представляет квинтэссенцию индивидуальной свободы, но что-то не так. Что-то не складывается… Быть свободным среди рабов. Возможно ли такое? Много мудрецов утверждает, что возможно и, более того, едва ли не единственная явленная форма личной свободы – это внутренняя свобода.

Сколько раз я слышал это словосочетание «внутренняя свобода»! Внутренняя свобода важнее внешней! Внутренняя свобода – истинная форма свободы! Как все это замечательно коррелируется с евангельским «царство мое не от мира сего».

Любимое словосочетание советских диссидентов «внутренняя свобода». Вечный бунт на коленях. Бегство от мира реального в мир иллюзий, в мир иной. Фактическая капитуляция перед силами зла, согласие с тем, что им позволено править миром этим, а нам, внутренне свободным – мир тот. Но звучит красиво. И манит. Быть свободным, когда само понятие свобода уничтожено и никто толком уже не помнит что это такое! Но я для себя могу его возродить.

Пусть только в мечтах, но ведь когда-то и мечты подвиг. Собственно этим подвигом все обычно и заканчивается. Гоголевский Манилов тоже был свободен в своих мечтаниях. Еще как свободен! Просто парил!

Но все эти парения – тюремная самодеятельность – не более. Они никогда не станут предметом искусства. Может только артефактом для историков, которые будут изучать эту дикую мозговую мутацию – «внутреннюю свободу» при полном отсутствии внешней.