Матиаш I Корвин. PR и ритуалы при венгерском королевском дворе

Было также решено, что национальные посольства отправятся в Дьёрдь-Подебрад, чтобы организовать освобождение короля и возвращение короны Священно-римской империи германской нации императору Фридриху III, и если их нельзя убедить сделать это мирными средствами, то они будут вынуждены сделать это силой оружия.

Не было необходимости применять насильственные средства в направлении Подебрада. Чешский губернатор отправил сообщение, что торжественно сопроводит самого Матиаша до границ страны на назначенное на 5 февраля собрание национальной делегации, которое должно было состояться на берегу Моравской реки, в пограничном городке Страшнич.

Михай Силадьи возглавил делегацию. Янош Витез из Варада, епископ Винс Силасси из Вачи, воевода Янош Розгони из Трансильвании, главный конюх Себастьен Розгони, главный привратник Михай Орсаг и главный дворецкий Иштван Батори были самыми выдающимися ее членами. К ним присоединилась и госпожа Янош Хуньяди, чтобы она могла поскорее взять ребенка на руки.

Дьёрдь Подебрад в сопровождении выдающихся чешских дворян и украшенной бригады в назначенный день доставил Матиаша в замок Страшнице.

Как только его фигура появилась при первой встрече, венгры приветствовали его громкими криками радости. Янош Витез произнес приветственную речь. Молодой король ответил на латыни. Но рыдания, прервавшие его речь, когда им овладело это желание, могли иметь более глубокое воздействие, чем его красноречивые слова.

За торжественным часом воссоединения с народом последовали серьезные размышления, занявшие несколько дней.

Потому что Подебрад хотел, чтобы помолвка его дочери с Матиашем была одобрена ее матерью, дядей и венгерской знатью.

Это было встречено с большим трудом. Это создало неловкий конфликт.

Всего четыре недели назад Янош Хуньяди и Михай Силадьи дали торжественную клятву женить Матиаша на дочери Ласло Гарайя.

Поэтому теперь, прежде чем юный король был возвращен на родину, они должны были заставить его принять условия союза, заключенного от его имени.

Помимо святости присяги и внушения верности, выполнения этого долга требовал важный интерес.