Will. Чему может научить нас простой парень, ставший самым высокооплачиваемым актером Голливуда

– Есть, сэр!

Он протянул мне пять долларов, и я отправился в магазинчик на углу. Тогда мне было, может, лет десять, но дело было в 1970-е, и родители могли посылать детей за сигаретами.

Я помчался по улице прямо к мистеру Брайанту, без остановок. Совершенно запыхавшийся – идеальный солдатик.

– Здрасте, мистер Брайант, папа послал меня к вам за сигаретами.

– Здравствуй, Уилл, – сказал мистер Брайант. – Их сегодня не завезли. Передай папуле, что они будут завтра. Я отложу для него блок.

– Хорошо, спасибо, мистер Брайант.

И как хороший солдатик, я отправился домой. На обратом пути я встретил Дэвида и Дэнни Брэндонов, которые как раз раздобыли новую странную игрушку – мячик «Нерф». Это был мячик, но мягкий.

Тут бы любой солдат остановился.

Игрушка была обалденная – меня потрясла изобретательность этого невероятного предмета. Им можно было играть зимой, и пальцам не будет больно, если поймаешь! Его можно упустить, он прилетит тебе в лицо, и ничего! Одна минута превратилась в пять, пять – в десять, десять – в двадцать… Внезапно Дэвид и Дэнни остолбенели.

Я обернулся и похолодел. По центру улицы прямо на меня рассерженно шагал папуля в расстегнутой рубашке.

– ТЫ ЧЕМ ЗАНИМАЕШЬСЯ?

Дэвида и Дэнни как ветром сдуло. Я принялся оправдываться:

– Папа, мистер Брайант сказал, что сигареты не завезли…

– ЧТО Я ВЕЛЕЛ ТЕБЕ СДЕЛАТЬ?

– Папа, я знаю, но…

– КТО ГЛАВНЕЕ?

– В каком смысле?.

– КТО ГЛАВНЕЕ?! ТЫ? ИЛИ Я?

Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди, голос дрожал:

– Ты, папа…

– ПОТОМУ ЧТО, ЕСЛИ ГЛАВНЫХ ДВОЕ, ПОГИБНУТ ВСЕ! ТАК ЧТО, ЕСЛИ ТЫ ГЛАВНЫЙ, НЕ ЗАБУДЬ МЕНЯ ПРЕДУПРЕДИТЬ, ЧТОБЫ Я С ТОБОЙ СЧИТАЛСЯ!

Его ноздри трепетали, жилка на левом виске бешено пульсировала, взгляд прожигал мое хрупкое десятилетнее тельце насквозь.

– Когда я отправляю тебя на задание, вариантов всего два. Первый – ты выполняешь задание. Или второй – ТЫ УМЕР.

– Да, папа.

Папуля схватил меня за шкирку и потащил домой.

Я считал, что не заслуживал порки. Я считал, что не заслуживал большую часть порок в моем детстве – мне казалось, что это несправедливо. Я не был таким ребенком, которого надо было пороть. Я изначально старался угодить. Дэвида Брэндона надо было пороть. Мэтта Брауна надо было пороть. Но если я бедокурил, то обычно по рассеянности – забывал что-нибудь или витал в облаках.