Солонго. Том 2

А вы? Почему вы пошли против своих братьев?! Как я должен наказать вас? По закону Степи я должен лишить жизни всех предателей. Я хочу спросить вас, понимали ли вы, что вы делаете?

Люди молчали, не поднимая глаз на Оуюн Хагана. Наконец один из них сказал, прижимая руки к груди:

– Оуюн Хаган, мы не хотели! Но Тархан грозился убить каждого, кто откажется идти за ним! У нас у всех дети!

– Зачем детям отцы предатели?!– грозно сказал отец,– вы трусы и предатели! Вы сыновья моих друзей! Мы все из одного Племени, многие связаны друг с другом через родство.

– Отец, я слышала, как Самдан пытался отговорить Тархана! А он хотел убить его!

– Я знаю, дочь. Меня интересуют остальные. Что бы ты сделала на моем месте?

– Я знаю, что они слушались Тархана, думая, что он Вождь и они должны подчиняться ему.

– Ты бы пощадила их? А как жить среди предателей?

– Отец, я всех их знаю! Знаю их жен! Оставь им жизнь, они не должны платить за ошибку Тархана, не оставляй детей без отца, прошу тебя!– бросившись перед отцом на колени, взмолилась я.

– А стоило все то, что затеял Тархан вашей жизни?!– продолжал отец,– Говорите!

– Прости нас, пощади, Оуюн Хаган!– взмолился один из бойцов, за ним стали вторить остальные, упав перед отцом на колени и простирая к нему руки.

– Сейчас мы тронемся в путь.

Мы скакали всю ночь не останавливаясь. Утром мы въехали в наше кочевье, жители вышли встречать нас. Отец приказал положить на площади Тархана и еще двух убитых воинов. Подозвал шамана, устало сказав:

– Тугай, готовь ритуал, нужно проводить Тархана в последний путь. Его жена закрыла ему глаза…– он повернулся ко мне,– позови Баэрту, пусть займется ранеными, собирай всех людей, я буду говорить с ними.

Но выполнить поручение отца я не смогла, ладони покрылись холодным потом, в глазах потемнело и я стала слышать все сквозь какую-то пелену. Удержаться на ногах я не смогла, отец успел подхватить меня и я потеряла сознание.

В себя я пришла в юрте Баэрты, она прикладывала к моему лицу мокрую полотняную ткань. Она держала мою руку и слушала пульс. Сердце то бешено колотилось, то вдруг замирало.