Царица поверженная

Этот рослый светловолосый мужчина был близок к Антонию, знал всю его подноготную, но умел держать язык за зубами.

– Вижу, тебя тут кое-кто заинтересовал, – заметила я.

Хармиона кивнула.

– Если он выиграет, ты поднесешь ему лавровый венок.

Участники состязаний разогревались в серии движений, которые выглядели почти комическими: подпрыгивали, били себя в грудь, совершали рывки с места и резко останавливались. Потом они выстроились у мраморной стартовой линии, погрузив пальцы ног в расщелину в камне, и по команде «Вперед!» устремились в забег на дистанции в триста шестьдесят локтей.

Поначалу они бежали тесной, поблескивавшей от масла толпой, но потом начали разделяться: вперед вырвался рослый египтянин, за ним мчался грек, а третьим, что удивительно, Антоний. Я не ожидала от него такой прыти, поскольку мужчины с могучей мускулатурой обычно не слишком проворны. Но может быть, крепкие мускулы ног способствуют быстроте бега?

Старый врач в набедренной повязке прибежал последним, но ему досталось больше всего приветствий.

– Да, я не Гермес, – крикнул он, пробегая мимо трибун, – но чего вы хотите? Мне шестьдесят два года.

Бывший чемпион Птолемеевых игр, которому едва перевалило за сорок, финишировал четвертым.

Потом состоялось метание диска. Состязание требует силы, ловкости и скрупулезного соблюдения правил, но зато это лучший способ продемонстрировать красоту тела. Недаром у эллинов так популярны статуи дискоболов. Женщины взирали на атлетов с восхищением.

– Они движутся как живые статуи, – заметила Хармиона, чей фаворит тоже намеревался метать диск.

Не все собирались участвовать в каждом из состязаний, лишь Антоний не пропустил ни одного.

Пятнадцать человек, вложив всю силу в разворот корпуса, отправили в полет тяжелые диски, и воин, приглянувшийся Хармионе, опередил прочих на пядь. Вторым оказался главный египетский колесничий, третьим – снова Антоний. Что не диво – силы ему было не занимать.

Поскольку в соревновании дискоболов наиболее полно раскрывалась телесная красота, зрители особенно увлеклись зрелищем.

Следом настал черед метания копий – любимого состязания солдат, из всех видов классических соревнований наиболее приближенного к боевому искусству. Правда, копья для состязаний, в отличие от боевых тисовых, делали из легкой бузины, обматывали посередине ремнями для устойчивости в полете, а концы заостряли. При падении копья вонзались в землю, что облегчало замер расстояния.