Дьявол по мелочам

– Оно видело меня! – продолжал Вертинский, теребя воротник. – Мне чудом удалось убежать! Но… это не важно. Тот человек, вдруг он ещё жив?

– Не занимаюсь благотворительностью, – отмахнулся я. – Если вам обо мне рассказывали, то вы должны знать расценки. Не можете заплатить – спасайте его сами.

Парень нервно забарабанил пальцами по столу. Таких денег у него, скорее всего, не было.

– Хорошо, – сказал вдруг он. – Д-договорились.

Встав из-за стола, Вертинский решительно прошёл в прихожую. Там он обернулся и, перед тем, как выйти, добавил:

– Я играю не ради заработка, если для вас это так важно.

Кария задумчиво глядела ему вслед, а когда он, хлопнув дверью, спустился с крыльца, спросила:

– Думаешь, это как-то связано?

Я пожал плечами.

– Странный он. Первый раз вижу кого-то, кто так беспокоится о судьбе незнакомого человека.

– Сочувствие, сострадание, альтруизм, – монотонно перечислила дриада.

– Я думал, эти чувства давно вымерли. Он дико напуган – видела, как нервничает? – но хочет сохранить достоинство.

Пожалуй, пока не стемнело, съезжу на место и осмотрюсь.

Кария поджала губы и недовольно фыркнула.

– Будь осторожнее.

– Договорились.

Ну? Разве после таких слов хоть что-то может пойти по плану?

* * *

Огромный подземный переход, выходящий одной стороной к северному вокзалу, никогда нельзя назвать многолюдным. Приезжающие обычно либо отлавливаются бойкими таксистами ещё на поверхности, либо, спустившись под землю, быстро пересекают полутёмный тоннель и сворачивают в метро.

В первом случае, кстати, как таксисты, так и простые «бомбилы» запросто выделяют из толпы туристов и бессовестно завышают цены в десятки раз. То же касается и продавцов на базарах, и владельцев сотен тысяч маленьких кафе. Когда я приехал сюда пять лет назад, то умудрился за несколько дней спустить все свои деньги.

Тогда-то мне пришлось впервые попробовать себя в роли «могущественного экстрасенса-предсказателя». Даже насекомому с одним-единственным нервным узлом ясно, что умея красиво говорить об очевидных вещах, можно без особых усилий заработать кое-какую сумму.

То был день рождения «Четвёртого Великого Магистра Тайной Шаманской Ложи».

Мало-помалу это стало моей работой.

Скрипач не ошибся и не приукрашивал – в переходе действительно стояла гнетущая атмосфера. Стоило только спуститься, как в лицо пахнуло сыростью. Однако это была не привычная сырость влажного камня.