Кангюй. Бактрия

Такого короткого суда никто не ожидал. Аргей остаётся внешне безучастным. Стасипп недовольно фыркает, воздерживается от обсуждения вердикта судей, обмеривает вельможу странным тяжёлым мутным взглядом, поворачивается спиной к магистратам, намеревается покинуть зал заседаний, как вдруг слышит продолжение резким тоном от иного магистрата-судьи:

– Вернитесь, Стасипп, буле вас не отпускало.

Богач, недоумевая, поворачивается к высокому суду, выставляет перед собой в шутку пустые ладони.

– Открывается новое судебное разбирательство – «Свободный полис Бактры против поселенца Стасиппа, сына Хармина, эллина, организовавшего преступное нападение ойкетов на проксена Великой Сирии Аргея, сына Ореста, македонянина».

Дело второе

Столь неожиданное изменение статуса с истца на ответчика повергает Стасиппа в изумление. Изумление нисходит в гнев. Богач багровеет лицом, вытягивается в струну, скрежещет зубами, руки сжимаются в кулаки. Ищет взглядом кого-то в рядах судей, но не находит. Такое угрожающее поведение не новость для жезлоносцев, как и не новость попытка трусливого побега из зала заседаний буле израненных ойкетов Стасиппа.

– Стасипп, когда вы впервые увидели проксена Сирии, он был в этих регалиях сановника Сирии? – Магистрат-судья, закончив первое дело, без перерыва принимается за второе, манерно опускается в своё кресло, подбирает одежды вокруг себя.

– Не помню, во что именно был одет этот человек. Прошу простить, тот аукцион, где повстречался с ним, – Стасипп избегает смотреть в сторону Аргея, – был так давно.

– Шесть дней назад, – уточняет деловито Тарип. – Досточтимое буле, я вёл аукцион по продаже дома Ореста. И я, в отличие от вас, Стасипп, прекрасно помню, что Аргей, сын Ореста, был именно в тех же самых сирийских регалиях, что и сейчас пред нами. Со мной были магистраты и чиновники, они свидетели торгов.

Суд вызывает чиновников, сопровождавших аукцион заброшенного дома. Трое должностных лиц, сменяя друг друга, точно описывают события того дня, подтверждают личности участвовавших и заверяют слова магистрата Тарипа. Стасипп молча выслушивает свидетельские показания. Судья, ведущий второе дело, встаёт.

– Буле обращается к ойкетам за разъяснениями их проступка в отношении проксена Сирии.

Жезл власти указует на раба справа.