Тень Робеспьера

Несмотря на то что на его лице с орлиным носом и глубокими морщинами застыло выражение безразличия и некоторой холодности, душа его пребывала в смятении. Луи достал вино и чистый фужер, наполнил его наполовину и залпом осушил.

Нет, легче ему не стало, хмель на несколько минут снял напряжение, которое владело им уже очень давно.

В дверь постучали.

Луи убрал вино и фужер и крикнул:

– Открыто, гражданин!

В дом вошел молодой якобинец и подчиненный Тюренна Люсьен. На обветренном вытянутом, гладком лице показалась улыбка, адресованная угрюмому шефу полиции.

– Как славно лезвие упало! И именно на эту шею! – выпалил Люсьен.

– И правда, – согласился Луи, – это устройство сделали на совесть…

– К сожалению, сегодня никаких вестей нет.

– Так зачем же ты ко мне пришел?

– Не мои ноги, а указания Робеспьера велели тебя поднять. Он желает, чтобы ты вечером к нему заглянул.

«Робеспьер чем-то вновь обеспокоен, – подумал Луи, – он два года тревожит меня из-за самых разных событий. Лишь несколько случаев оказались ложными, но в таком буйстве легко потерять разум».

– Хорошо. Теперь все?

– Конечно, не смею задерживаться, доброго дня тебе, гражданин, – попрощался Люсьен.

Тюренн имел привычку после выпитого фужера перебирать в памяти главные эпизоды своей жизни. Он считал это полезным, потому что голове необходима зарядка. Он снова вспомнил, как познакомился с Максимилианом Робеспьером, который тогда был еще никому не известным аррасским депутатом.

В 1789 году, в душный майский вечер, Луи возвращался в Париж, куда стремились депутаты на первый созыв Генеральных штатов, в их числе был депутат из Арраса.

Тогда король оставался королем, и народ верил в его непоколебимую честность. Робеспьер попался ему на дороге: у его экипажа сломалось колесо, и вместе с депутатами из Артуа он ждал любую помощь, главное – попасть в Париж. В этот момент и появился транспорт Тюренна.

– Бедные честные французы, запрыгивайте ко мне. К вечеру мы будем в Париже, а завтра – на страницах истории! – сказал им Тюренн.

Так он и познакомился с будущим вождем якобинцев. После этой поездки они стали неразлучными друзьями и три года боролись с лицемерами и предателями, терпели унижения и насмешки братьев по оружию.

До 1789 года Луи Тюренн путешествовал. Он наслаждался высшим обществом в столицах великих держав, посещал театры, кутил, флиртовал с дамами. Идиллическая жизнь богатого человека разрушилась в годы войны за независимость в Северной Америке.