У нас на хуторе

Это была крохотная комната с одним окном, где кое-как были втиснуты две кровати, а между ними длинный желтый стол-комод, который пах точь-в-точь как варенье из айвы.

Со стороны прабабушки комод был забит лоскутками, какими-то непонятными бумажками, пуговицами, шерстью и лекарствами. Там очень любила покопаться Анжелика.

Иногда тати нужно было что-то взять оттуда, и она не находила и напускалась на прабабушку:

– Мама, где моток белых ниток? Только вчера же положила!

Прабабушка, святая простота, недоуменно отвечала:

– Так я и не трогала ничего.

Разгневанная тати шла на поиски Анжелики, которая уже успела что-то сделать с ворованным добром – потерять, обменять, подарить.

Со стороны Апа полки были полны медалей и документов, не считая самой нижней, где хранились немецкие сладости и всякие ерундовые леденцы.

Этим его щедро снабжала тати, чтобы он угощал время от времени нас, своих многочисленных правнуков.

Но заслужить благосклонность и одобрение Апа было так сложно, что конфеты лежали там месяцами, пока самые шустрые из нас не ухитрялись стащить пакетик желатинок или пару шоколадных медальонов.

В отличие от Апа, прабабушка Арев была очень щедрой на подарки. Даже когда не было ничего, она умудрялась находить какую-то мелочь, которой я была очень рада.

Однажды она подарила мне маленький карманный календарь с изображением Ленина. Я долго хранила этот календарик, еще и потому что на нем был год моего рождения, и со временем он стал единственной памятной вещью о моей солнечной прабабушке.

Отвлекаюсь. Пытаюсь описать дом, а память все время подкидывает мне маленькие сюрпризы.

Например, я только что вспомнила, как наверху шкафа в гостиной номер два стояли в ряд игрушки, с которыми строго-настрого запрещалось играть: огромный нарядный черный пудель, овчарка-полицейский, павлин с настоящим хвостом, одноногая кукла Барби в пышном свадебном платье, сшитом мамой, и главный объект моих желаний – новенькая Барби-охотница в упаковке.

Она была одета в крутой охотничий наряд, а за спиной у нее висел маленький колчан, полный стрел и лук. Считалось, что охотница принадлежит тете Карине, и она клятвенно пообещала, что подарит ее мне, когда выйдет замуж. Обещание она не сдержала.

Много лет спустя я увидела мою Барби в растерзанном виде среди вороха игрушек, которыми играли ее маленькие дочки.