Грабители морей

– Надо спешить, капитан, – сказал один из них, – ведь нам дорога каждая минута. Велите тянуть за эти веревки, они притащат на ваш бриг канат, крепко привязанный к рифам и могущий устоять против всей силы Мальстрема.

Они говорили про тот самый канат, который Ингольф принял за рыболовную сеть.

Эти слова разом объяснили Ингольфу всю суть. Обогнув Розольфский мыс, молодые люди нарочно прошли мимо рифов, чтобы принять с яхты пук веревок, и пустились в водоворот, чтобы передать бригу этот якорь спасения.

Рискованная операция удалась лишь благодаря необыкновенному мужеству и самоотверженности молодых моряков, но теперь было не до взаимных любезностей: нужно было докончить скорее дело, так как «Ральф» далеко еще не находился вне опасности.

Ингольф от всего сердца пожал руки своим спасителям и принялся исполнять посоветованный ими маневр.

Шестьдесят матросов «Ральфа» легко притянули на борт канат, укрепленный на Розольфском мысе, привязали его к шпилю.

Двадцать человек принялись вертеть шпиль, и бриг постепенно вышел из водоворота. Встав под ветер, он благополучно обогнул рифы и бросил якорь по другую сторону мыса в той небольшой гавани, куда еще прежде пришла неизвестная яхта.

Весь экипаж брига выстроился на палубе и прокричал по команде троекратное «ура» в честь своих спасителей.

Глава V. Сыновья герцога Норрландского

Один только человек из всего экипажа не догадывался об опасности, которой подвергся «Ральф».

Человек этот был мистер Ольдгам, который, выспавшись сном праведника у себя на висячей койке, лишь на короткое время вышел на палубу полюбоваться на пальмовые рощи, будто бы росшие тут на гранитных утесах. Так по крайней мере уверил Ольдгама его приятель Эриксон.

– Господа, – сказал Ингольф двум морякам, когда восторг на «Ральфе» несколько поутих, – мы вам обязаны жизнью; знайте же, что восемьдесят храбрых моряков навсегда сохранят об этом воспоминание и с радостью отдадут за вас жизнь, если представится к этому случай.

– Наш подвиг вовсе уж не так велик, капитан, как это кажется с первого взгляда, – отвечал один из незнакомцев. – Мы с братом выросли здесь на берегах и очень часто, из любви к искусству, вступали в борьбу с Мальстремом.