Грабители морей

– Наконец-то мы отведаем этих знаменитых фруктов! – говорил он, потирая руки.

Он подошел к борту, облокотился вместе с другими и стал следить за движениями пироги.

Лодка сначала прошла мимо рифов, причем оба сидевшие в ней моряка храбро боролись с огромными волнами, замедлявшими ее ход. Третий матрос с яхты тем временем шел по берегу к рифам, пытаясь сблизиться с нею. На бриге всех била лихорадка… Чем-то все это кончится?

Дальше лодка не могла идти, иначе она угодила бы прямо в водоворот. Для того чтобы третий матрос мог догнать ее, он должен был проделать на рифах какое-нибудь чудо эквилибристики… Это ему, однако, удалось: он лег на живот, до половины свесившись над волнами, и бросил в лодку довольно объемистый пук чего-то.

– Они погибли! Они погибли!

Но в ответ на этот отчаянный крик со шхуны грянуло торжествующее «ура»: лодка показалась вновь позади первой волны и понеслась с быстротой молнии.

Менее чем в десять минут она сделала тот первый круг, который был уже пройден «Ральфом», и все матросы брига бросились на корму, чтобы поближе взглянуть на лодку, подходившую к пиратскому кораблю. Но в это время на яхте выстрелили из пушки, чтобы снова обратить внимание погибающих на выставленный сигнал. Увидав на яхте два флага, Ингольф перевел матросам:

– Готовьте швартовы!

В одну минуту десятки рук спустили в море все свободные канаты – и как раз в самую пору: лодка приближалась с головокружительной быстротой.

В ней сидели два моряка, подобных каким вряд ли можно было найти во всей Норвегии, этой родине смелых мореходов. Подъехав к бригу, они схватили спущенные веревки, привязали их к лодке и крикнули:

– Тащи!

Голоса их были так спокойны, как если бы все это происходило в безопаснейшем рейде.

Блоки заскрипели, и лодка, поднятая восемью сильными матросами, разом была втянута на корабль.

Ингольф ожидал увидеть двух грубых моряков, привыкших ко всяким бурям, и велико же было его удивление, когда на палубу проворно вскочили два молодых человека лет по двадцати пяти. Оба были высоки, стройны, с изящными манерами… Прежде чем он успел опомниться, молодые люди окинули глазами весь экипаж и узнали капитана по шведскому мундиру, с которым Ингольф никогда не расставался.