Акварель Сардинии

Мой новый знакомый поспешно выложил мне свежие разведданные: дама приедет через неделю, и у нее можно будет спросить о свободной комнате.

– Через неделю? Так мне нужно завтра съезжать…

– Да? А я понял так, что сейчас ты в порядке…

И замял разговор на эту тему. Ясно. Мой вопрос о комнате и свое обещание помочь он, ничтоже сумняшеся, использовал как предлог для назначенного свидания.

В принципе, я могла уходить в темноту нешироких улочек Сан Теодоро. Но как-то неловко было оставлять старика. Тем более, впечатление он производил безобидное.

И действительно предложил выпить кофе, но не здесь, а в Пунтальдии – якобы, очень красивом месте на берегу залива. А возвращаться в пустой темный дом мне не хотелось. Там уже неделю не было света, а со свечой, хоть и романтично готовиться ко сну, но тоскливо.

Мы шли к его машине. Я ничего не боялась, однако мысль о том, что уже стемнело, а он, хоть и немолод, но остается мужчиной, все-таки в голове мелькнула. Ладно, справлюсь, если что. Вид у него не богатырский.

Крикну громко – он и рассыплется.

Машинка у Винченцо – не больше него самого. Темно-синий «Фордик-Фиеста». Мы садимся в душный, за день пропеченный солнцем салон и рассуждаем, ехать ли в Пунтальдию. Дело в том, что я предусмотрительно поведала Винченцо о своей договоренности с моей знакомой Антонеллой – встретиться около одиннадцати вечера в центре городка. Винченцо не захотел стать причиной моего возможного опоздания, ведь до Пунтальдии ехать минут двадцать. А еще возвращаться. Плюс время на размешивание сахара в кофе, сами понимаете.

– Лучше не поедем. Понимаешь, я человек откровенный и порядочный, – подчеркивает мужчина, приложив руку к груди.

Пока не к моей. Может, и вправду порядочный? Конечно, хотелось бы увидеть новое место, но не ценой потери чести и достоинства.

Винченцо тем временем соизволил назвать меня «кара». Наверное, с его точки зрения, это какая-никакая, а предпосылка для сближения. Слово «кара» – «дорогая» он повторяет слишком часто для нечаянного и непродолжительного знакомства.

В результате вялой дискуссии, мы решаем не пускаться в дальний путь, а посидеть у вечернего, уже темного моря, на пляже Кала Дамбра. Это близко, в черте поселка, и я не сопротивляюсь.

В баре Винченцо спрашивает:

– Что ты будешь пить?

– Я хотела бы ячменный кофе и стакан минеральной воды.

Себе кавалер заказывает обычный эспрессо. Мы цедим малое количество душистого, отлично приготовленного кофе, и Винченцо расспрашивает обо мне.