Цыганские рассказы

Тут наконец подошёл глава табора, Антоний Гоман.

– Помолчи, цыганка! – строго сказал он и внимательно оглядел место происшествия. Для этого ему понадобилось, дымя папироской, несколько раз обойти поруганный автомобиль, а затем пристально посмотреть в глаза каждому из присутствующих. Наконец, он вынес вердикт:

– Плохое дело. Испортили машину.

Несомненно, это были мудрые слова, но они требовали дополнения.

– Что же мне теперь делать, Антоний? – спросил Григорий. – Ведь новая машина-то, жалко-то как!

Женщины, радуясь, что тема дискуссии немного изменилась, начали наперебой повторять вопрос самыми что ни на есть жалобными и взывающими к просвещению голосами.

– Помолчите, цыганки! – вновь прикрикнул глава. – Я так думаю, машину нужно продать. Какому-нибудь русскому.

У Григория чуть не подкосились ноги. В такой ситуации даже цыганское красноречие спасовало, и «Ромео» только и смог повторить:

– Продать!

Затуманившимся взглядом он посмотрел на свою ласточку, своего верного железного скакуна.

«Продать», звенело у него в ушах, как предсмертный приговор. А ведь он же сам её обихаживал, каждый уголочек тряпочкой обтирал, каждая деталь мотора побывала у него в руках… Григорий чуть не застонал от непосильной муки, пронзившей его сердце. Продать!..

– Что же ты, Антоний, сразу «продать», – подал из толпы голос Богдан Гоман, мужчина такой же солидный, как и сам глава, с которым они были двоюродными братьями. – Я вот думаю, можно же батюшку позвать и освятить скакуна-то.

Сила Божия, она же в помощь людям.

– Освятить? Хм, – Антоний достал из кармана мятую коробку, вынул очередную папироску и прикурил от предыдущей. Затем посмотрел на тапочки и задумчиво повторил:

– Освятить? Хм…

Это значило, что глава табора не уверен и предоставляет решение вопроса на коллективный таборный разум. Разум оживился и начал дебаты.

– Да какой там батюшка, какие там молитвы! Разве святой водой такую скверну смоешь? – горячились одни. – Это где же такое слыхано?

– Да разве ты не христианин, что так говоришь? – кричали другие.

 – Нет сильнее Божией силы! Хорошей молитвой не то, что машину, может, даже и сами тапки очистить можно! Разве не знаешь ты истории, как Христос воду в вино превратил? Что же ты говоришь!

– Может, нам теперь женские юбки все перекрестить и на голову себе понадевать? – не сдавались первые.

Не утерпели, ввязались в дискуссию и женщины, выкрикивая с места свои соображения.