Турецкий гамбит

Нет такого трейлера в реестре Империи, – хмыкнул водитель, заводя двигатель, – Перегрузят содержимое на одной из наших точек в другую машину, а эту разберут обратно. Это же модульная система, мы перед каждой операцией собираем новую конфигурацию.

Век живи – век учись. Интересно, у флайеров ведь тоже модульная сборка, неужели и с ними можно такой фокус проворачивать? Словно прочитав мои мысли, волк похлопал по штурвалу и сказал:

– Эта малышка тоже была собрана только сегодня утром.

При подъезде к трассе я попросил его притормозить, заранее договорившись по рации с Белкой, чтобы она меня встретила.

– Вика, наши скоро снимаются, уедешь сразу же после них. Но отправишься не в ЧВК, а ко мне, с Синельниковым я договорюсь по дороге.

Пока я говорил, она подошла почти вплотную к машине и заглянула вовнутрь.

– Ой, это же Маргарита Ильинична… – девушка увидела, лежащую у меня на коленях голову матери и поднесла ладонь ко рту, – Да как так-то? Её же убили…

– Об этом никому ни слова, Вика.

Жду у себя. Погнали, боец, – бросил я водителю, и как только мы тронулись с места, сказал, – Насчёт молчания тебя тоже касается.

– Понял вас, Евгений Андреевич.

От усадьбы деда до моего дома мы домчались всего за полчаса. За это время я отзвонился Синельникову насчёт Белки, и вызвал Борисыча, сообщив тому о новой пациентке. С ним мы прибыли к особняку почти одновременно – его флайер залетел в гараж вслед за моим. Мать незаметно, но осторожно перенесли в её прежнюю комнату, где остались только доктор и я с Ликой.

Сделав быстрый анализ с помощью экспресс-диагноста, Борисыч сокрушённо покачал головой.

– Всё так плохо? – с нескрываемым страхом, спросил я.

– Медикаментозная кома и, насколько я понимаю, полная блокада сознания. Но зачем это было сделано я совершенно не понимаю, она полностью здорова.

Фух, с души как-будто камень свалился. Здорова!

– Я скоро это выясню, доктор. Как быстро её можно вывести из этого состояния?

– За пару недель, постепенно снижая приём нейроблокаторов, резко бросать нельзя.

Они-то как раз сознание не подавляют, но ей их зачем-то кололи. Первый раз такое вижу – у меня ощущение, что эту женщину обкалывали, чтобы она больше никогда не очнулась.

Я скрипнул зубами. Ну, дед, тебе точно конец. Убью, сволочь такую!

– Расскажите пока Лике о необходимом уходе, она будет ухаживать за… пациенткой, – еле сдерживаясь, попросил я Борисыча, – А я пока по делам отлучусь.