Билет до счастья

– Братья, – начал свою речь Лейбензелле, окруженный двумя капелланами, – Мне сегодня явилась Пресвятая Дева Мария, и указала место, пригожее для возведения первого замка тевтонского на этой земле. Теперь нам нужно достать из сундуков чертежи бастиона, да искать мастеров, чтобы возводить на месте том крепость орденскую. Магистр прусский Герман фон Бальке передал в дар нам планы бункеров, стен и башен Кульма, которые пригодятся нам здесь. И думаю я, что пора пригнать из местных селений мужиков, кои будут рубить лес и таскать камни для строительства.

– Потребуется еще хорошая глина для фундамента и подвалов, – уточнил один из присутствующих монахов.

– Это верно. Идите, братья, разузнать, есть ли поблизости глинистая земля. А ты, Зегман, езжай к жилищам племен местных. Да разузнай, что за кланы на земле этой обретаются, мирные они или враждебные. А коли мирные, то пусть мужиков собирают нам в помощь, да и еды какой пускай пришлют.

Зегман не стал брать с собой кнаппенов, а решил предварительно осмотреться.

У кромки леса появились какие-то люди, медленно влачащие деревянную телегу.

***

– Изольда, у нас осталась еще вода? – спросил бородатый, усталый от многодневного лова в море мужчина, придерживающий связку острых гарпунов, чтобы не поранить спящих на телеге детей. Он был уже не молод, но еще крепок. На его теле была надета льняная длинно рукавная рубаха, перевязанная кожаным поясом, на котором был прикреплен нож.

– Нет, – коротко ответила явно напряженная Изольда, заметив у ручья вереницу стоящих друг за другом по кругу обозов.

Навстречу им по узкой, вязкой тропе, пролегающей между камышей, выехал на коне всадник, экипированный в облегченную металлическую кольчугу, закрытый шлем и белый плащ с черным крестом.

– Остановитесь! – крикнул всадник издалека и поднял руку.

– Юрген, посмотри на его плащ. На нем черный крест, такой же, как и на флаге вон там, на шатре у реки. Видишь? – шепотом сказала обеспокоенная женщина, закрывая собой двух малолетних детей, свернувшихся от холода калачиком.

– Изольда, это крестоносцы. Ничего не говори. Будем молчать, будто ничего не понимаем, – успокаивал ее Юрген.