Заговор жрецов

Спрашиваю: «Что случилось?» А он отвечает: «А вы что газеты не читаете? Евреи голову поднимают. Это, – говорит, – из-за них мы терпим поражение на Дальнем Востоке».

Витте промолчал, а про себя подумал: «Навлечете вы, князь, на себя немилость государеву. Ох, навлечете…»

Старого князя Трубецкого Витте хорошо знал. В гневе тот, действительно, за словом в карман не лез.

Витте тут же поймал себя на мысли, что при возникшем к Святополку-Мирскому доверии, ему все же надо вести себя осторожно с ним.

– Странно, – пожал недоуменно плечами Витте.

 – Я знаком с князем Трубецким. Умнейший, на мой взгляд, человек. Помнится, он мне как-то говорил: «Россия не увидела врага даже в то время, когда тот уже стоял у стен Порт-Артура». Я вначале не согласился с ним. К войне мы готовились. А потом понял: он, действительно, прав.

Витте заметил, как при последних его словах лицо князя Святополка-Мирского посветлело и пропала тень напряженности.

– Спасибо, Сергей Юльевич, – проговорил в ответ князь. – Я вижу у нас с вами достаточно общих взглядов и оценок событий.

 – И вдруг спросил: – Вы хорошо знаете генерала Куропаткина?

– Наверное, как и вы… Не более и не менее… А почему вы спросили?

– Меня поражает терпение, с которым государь взирает на действие Куропаткина! – возмущенно произнес Святополк-Мирский. – Он же ведет дело к поражению! Куропаткин заверил его императорское величество, что дальше Мукдена не отступит. На самом же деле он отдал приказ, насколько мне известно, готовить позицию для генерального сражения под Телином.

Но это же за Мукденом! Видимо, Алексеев был прав, когда сказал, что Куропаткина следует повесить…

Святополк-Мирский сокрушенно вздохнул.

– Насчет Куропаткина я с вами согласен, – сказал Витте. – Для меня его поведение тоже кажется странным. Тем более что Куропаткин уже получил подкрепление в 50 тысяч человек и сообщение от военного министра Сухомлинова о формировании 2-й Маньчжурской армии во главе с генералом Грибеппенбергом, которая будет ему подчинена.

– Эти Грибеппенберги! Откуда же они берутся?.. – качнул головой Святополк-Мирский. – Неужто в России своих не хватает? Вы меня простите великодушно, – продолжил он. – Я знаю, что и ваши корни идут из Германии, однако я считаю вас русским больше, чем некоторых русских.

Витте рассмеялся.

– Я на вас не могу обижаться по той причине, что и сам давно считаю себя русским, – ответил он. – А по русскому обычаю мы с вами должны выпить еще не менее двух рюмок коньяку.