Попутчики

Если честно, то – да. Очень.

– Всё нормально. Я тоже проголодался. Сейчас организуем. – он заворочался, тяжело поднимаясь.

Было очевидно, что шевелиться ему абсолютно не хочется, но, похоже, мой спутник решительно вычеркнул слово "хочется" из своего лексикона. По крайней мере – пока.

– Слушай, может эту тётку просить, чтобы она за нами поухаживала? – предложила я, – Ну тяжело же тебе – я понимаю.

– Она там и так убирает, готовит и стирает. А к нам я её не подпущу. Если ты забыла – под её чуткой заботой наши предшественники недолго протянули.

Налопавшись и совершив полный ритуал всех необходимых гигиенических процедур, снова завалились спать.

К утру я в полной мере осознала, что ещё одного дня с немытой головой категорически не выдержу. Кожа под спутавшимися волосами зудела так, что глаза выскакивали. Мало того, что грязная, так ещё и соль раствора, которым Саша регулярно добросовестно дезинфицировал ссадины, добавляла остроты ощущениям.

На робкие жалобы мой сосед и добрый опекун пригрозил, что, если буду хныкать – вообще разведёт опарышей и примотает к ране – мол, они лучше всякого санитара вычищают раны. Даже понимая, что это шутка, нервно содрогнулась, в красках представив это "аппетитное" зрелище и прижухла со своими претензиями. Однако, твёрдо решила, что упрошу Томасину разобрать и промыть мои кучеря.

Так и сделала.

Как только за стеной послышались звуки теперь уже знакомого голоса, я попросила Сашу позвать её в комнату.

– Как к ней обращаться? – запоздало спохватилась и шёпотом остановила его вопросом уже у самого выхода.

– В смысле? – не понял он.

– Ну ты там – сайрон, я – сайрина – я слышала, а она?

– Просто Томасина.

Я тихо кашлянула, прочищая горло в ожидании первой встречи с живой представительницей этого мира, или эпохи – пока не ясно.

– Хотя… сайрина – не слышала до сих пор такого обращения. А предметы все знакомые, и небо, вроде, не красное, и картошка – не фиолетовая… Ладно, потом – идёт.

В дверях показалась немного настороженная невысокого роста женщина. На вид – лет тридцать пять – сорок.

– И правда, чего она себя старой-то обзывала? Видать просто натура такая – попричитать и поприбедняться. Учтём. Зато информацию тянуть клещами не придётся – сама всё выложит – только повод дай.

Мешковатое платье из грубой ткани коричневого цвета совершенно путало представление о её комплекции.