Попутчики

 – надо же, он ещё и шутить пытался, – Ладно, двигайся – устал я топтаться, надо полежать.

– Чего? – не поняла я.

– Двигайся, говорю.

– Зачем? А что?… А здесь… На свою кровать иди, сдурел что ли? Ещё я с незнакомыми мужиками в койке не валялась.

– Нет здесь других коек. Не-ту. Так что, двигайте своё худосочное тело и не выдрёпывайтесь, дорогая – я уже с ног валюсь.

– Может на пол… – попыталась вяло возразить я, тем не менее осторожно перемещаясь к краю, – постелить.

И осеклась, увидев этот … О-о! этот взгляд сообщил мне многое из того, что он в данный момент обо мне подумал.

– Куда ты ползёшь? – раздражённо забухтел Александр.

– Двигаюсь, сам сказал! – возмутилась я.

– К стенке давай. Из нас двоих – ходячий пока только я, что ж теперь – через тебя лазить?

Пришлось подчиниться.

Минут пять мы возились, чтобы хоть как-то более-менее приемлемо угнездиться на не слишком широком ложе – ну, наверное, как наша полуторка. К прочим неудобствам, ещё и одеяло оказалось – одно.

Сосед по койке тихо медленно выдохнул и прикрыл глаза – видать и вправду нехорошо было.

– Что у тебя болит? – участливо спросила я.

– Глубокая ссадина на ноге, повреждена рука и рёбра. Но не перелом – скорее трещина. Ничего критичного. Ну и так, по мелочам – ссадины, царапины, ушибы, – неохотно отозвался он – видимо, ему хотелось помолчать.

Так и чесалось спросить, откуда он так хорошо разбирается в ранах, но не стала. Будет время. Нужно отдохнуть – пусть набирается сил.

Осторожно вздохнув, чтобы не тревожить попутчика (отчего-то именно это слово само легло на язык), принялась изучать обстановку.

Превалирующий цвет – унылый серый: каменные стены, потолок, тряпки. В комнате довольно тепло и слышен звук потрескивающего при горении дерева. Значит точно есть или камин, или печь – но где-то вне поля зрения. Ну, стол с табуреткой я уже видела, вон, кстати, кажется вторая такая же в углу возле деревянной гробины, вроде короба.

Подушка под головой маленькая и "ухабистая", одеяло шерстяное, старое, и этот запах… Нервы немного успокоились после первого шока – утешало и то, что я здесь, всё-таки, не одна. Но амбре, густым облаком висевшее вокруг нас уже просто бесило.

– Слушай, – не выдержала я, – эта вонь… Невозможно.

– Да я сам уже задыхаюсь. – отозвался Саша.

– Может чего поискать, да перестелить?

– Сейчас. Ещё минут пять полежу и встану – пороюсь.