Попутчики

– Вообще-то, я имела ввиду лицо. – пыхнув негодованием, потянула одеяло обратно на себя. – Нет, ну точно – придурок. Я это ещё на юбилее поняла.

– Лицо – нормальное. – ну очень содержательно, на редкость ёмко сообщил он и замолчал, вглядываясь в предмет изучения, и неожиданно добавил, – Глаза красивые – синие.

– Спасибо. Достаточно. – сказала я, понимая, что выжимать из него более подробную информацию – дело безнадёжное.

– Стоп. Руку покажи. – внезапно попросил он, – Не эту… Левую.

Внутреннюю сторону предплечья, пониже запястья резануло острой болью, когда он, отдёргивая рукав, задел тканью свежую рану от…

– Чего?! Татуировка?!!! – округлила глаза я.

Вот уж чего не сделала бы ни за что на свете – я этих иголок до смерти боюсь. А тут, начиная почти от кисти, тянулась цепочка надписей – явно давних, кроме последней, распухшей и саднившей.

– У меня такая же – задрав рукав, Александр продемонстрировал похожий ряд надписей. И последняя тоже была совсем свежей, незажившей.

– И что это означает? – риторически вопросила я, понимая, что у него ровно столько же ответов, как и в моём арсенале, – Кстати, чего ты так уцепился за мою первую фразу? – этот вопрос с самого начала крутился в голове.

– Да слово нормальное услышал. Ну, в смысле, наше – современное. А то тётка эта чуднАя какую-то ерунду лопотала на непонятном наречии. Вроде понимаю её, а язык не наш. И не английский – мягче что ли. А других я не знаю.

– Стоп. – теперь уже притормозила его я, – Какая тётка?

– А, ну да.

 – сообразил он, что мы об этом ещё не говорили, – Я когда очнулся, в доме была тётка средних лет. Странная – в идиотском чепчике и музейном платье батрачки-крестьянки. Так вот она давай причитать, мол, "слава богу очухались, сайрон Алекс, всевышний смилостивится – и сайрина Тасмин к нам вернётся", а сейчас ей бежать нужно, а то и так тут два дня торчит, а дома – дети. Обещала завтра с утра вернуться.

Я шумно выдохнула, осваивая новую порцию шока.

– Честно сказать, сперва решил, что в дурку попал.

А что ещё думать? Не на съёмки же допотопного сериала? Короче, одна версия нелепее другой. Разговаривать с ней не стал, от греха – покивал молча и спровадил. Что делать будем?

– Не знаю. Дай спокойно подумать. Надо понять, куда мы попали, почему мы – не мы, и что всё это вообще значит.

– Лично я даже натянуто-допустимые варианты исчерпал. Недопустимые – тоже. Всякого повидал, но "сие науке и разуму моему не известно".