Зима мира

 – «Сентинел» пишет, что они поссорились с местными профсоюзными лидерами, но все думают, что это устроил твой отец.

– Я никогда не говорю о политике, – жизнерадостно сказала Дейзи. – А когда у тебя появилась первая собака?

Чарли начал делиться воспоминаниями. А Дейзи думала, что делать дальше. «Он пришел ко мне, он почувствовал себя непринужденно, теперь мне нужно его «завести». Но когда я гладила собаку, это его нервировало. Что сейчас нужно, так это случайный физический контакт».

– Чему же мне дальше учить Расти? – спросила она, когда Чарли закончил рассказ.

– Научи его идти рядом, – не раздумывая, ответил Чарли.

– А как это делается?

– У вас есть собачье печенье?

– Конечно!

Окна кухни были открыты, и Дейзи крикнула служанке:

– Элла, принесите, пожалуйста, коробку «Милкбоунз».

Чарли разломил одно печенье, потом посадил щенка к себе на колени. Зажав в кулаке кусочек печенья, он дал Расти его понюхать, потом раскрыл ладонь и позволил собаке его съесть. Затем взял новый кусочек – так, чтобы щенок это видел.

– Иди рядом! – сказал Чарли и сделал несколько шагов.

Щенок пошел за ним.

– Молодец! – сказал Чарли и дал Расти печенье.

– Это восхитительно! – сказала Дейзи.

– Через некоторое время печенье уже будет не нужно, достаточно будет его погладить. А в конце концов он будет это делать по привычке.

– Чарли, ты гений!

Чарли был доволен.

– А теперь попробуй ты, – сказал он.

Она повторила все, что делал Чарли, и получила тот же результат.

– Видишь? – сказал Чарли. – Не так уж это трудно.

Дейзи радостно рассмеялась.

– Нам нужно открыть совместный бизнес. «Фаркуарсон и Пешкова, дрессировка собак».

– Какая хорошая мысль, – сказал он, и, кажется, вполне серьезно.

«Пока все идет отлично», – подумала Дейзи.

Она подошла к столу и налила два стакана лимонада.

Он стал рядом и сказал:

– Обычно я немного робею с девушками.

«Не то слово», – подумала она, но не проронила ни звука.

– Но с тобой говорить так легко… – продолжал он. Ему казалось, что это просто счастливая случайность.

Передавая ему стакан, она дернула рукой и плеснула на него лимонадом.

– Какая я неловкая! – воскликнула она.

– Ничего страшного, – сказал он, но лимонад намочил его льняной блейзер и белые хлопковые брюки.