Нашествие. Битва за Москву (сборник)

И даже достать ее из ножен. Хотя бы наполовину.

– Ты замешан в происходящем, – ровным голосом заговорил Яков, и глаза его при этом сделались какими-то колючими, так что стало неуютно. – Все это связано с экспериментом, лабораторией, с человеком по фамилии Буревой и лэптопом. Нет, я не утверждаю, что ты создал купол. Но ты знаешь что-то такое, чего не знают остальные. И я хочу, чтобы ты все выложил мне.

Кирилл молча дожевал бутерброд. Допил пиво. Яков не сводил с него взгляда. Поставив бутылку на край стола, Кир откинулся к стене и начал рассказывать.

– …Потом я сел в «копейку» и погнал назад в Москву, – заключил он. – До сих пор не пойму, виноват я в чем-то или нет. То есть по большому счету как бы и не виноват, не я ведь эти эксперименты затеял, не я установку в зале построил. Но из-за меня тогда все пошло наперекосяк. Может, они и так бы рано или поздно портал сгенерировали… А может, и нет. Может, не влезь я туда, не заметь меня Буревой – не было бы теперь никакого купола, и варханы бы по Москве не разъезжали.

Он замолчал, полуприкрыв глаза, искоса наблюдая за Яковом. Выслушав рассказ, тот слегка расслабился. Снова взялся за стакан, но пить пока не стал.

– И что ты теперь, когда время прошло, думаешь обо всем этом? – спросил агроном.

Кир открыл вторую бутылку пива.

– Помнишь, еще в «хаммере» своем ты сказал, дескать, бывает, когда просто не знаешь, что думать? Ну вот, я не знаю, что обо всем это думать. Я и стараюсь не думать, хотя для меня это сложно, у меня постоянно в голове всякое крутится….

Яков предположил:

– Может, с тобой так потому, что ты в этом всем, как выяснилось, с самого начала варился. А я сейчас могу на твою историю со стороны взглянуть. И мне кажется… Ну… – Яков опустошил стакан, плеснул в него сока, выпил и заключил: – Мне все это кажется странным.

– Да ты что? – съязвил Кирилл. – Правда, что ли? Вот я думаю: купол, который молниями бьет, над городом, мужики в противогазах с электроружьями, тачанки эти с моторами… Как же это назвать? А ты мне глаза раскрыл, Афанасьевич, – это странно! Ну вот теперь и я знать буду, как это. Странно, да.

– Ладно-ладно, – кивнул Яков. – Я твой сарказм понимаю, но вот ты меня не совсем понял.